— Ни-арити, — сквозь сон пробубнила Изель и перевернулась на другой бок.

— Ты совсем сдурел⁈

— Это не на шампанское с икрой, — сказал я. — Пусти в дело. Дело-то у нас всё-таки правое. И дело-то у нас всё-таки общее.

— Я… Я пришлю тебе отчёт… — до Габи, кажется, начало доходить.

— Не стоит, — улыбнулся я. — Я тебе верю, ты всё сделаешь правильно. Разумеется, представительские расходы тоже потребуются, но там уже сама сообразишь.

— Подумать только, что при первой встречи я пыталась тебя убить, — невпопад напомнила мне госпожа Куэтцпальи.

— Ах, да, — кивнул я. — Точно. Что тебе ещё сказать? Если что, не удивляйся поведению жреца.

И я вкратце рассказал Габи о результатах своей вылазки. Та, впрочем, даже не удивилась.

Пришло время собираться. Раз уж я забираю свою машину — то почему бы не забрать с нею вместе и мифрил? Нырнув в тени, я по-быстрому перетаскал остатки брусков. Машина, благо, здоровенная и бронированная. Так что полостей, в которых можно что-то спрятать, да так что без рентгена не найдёшь — море.

Затем я растолкал Чипа, спустился вниз и ещё раз попрощался с ацтечками. Изель кое-как махнула мне рукой, а вот Габи теперь было не до сна — она включила свет и суетилась, то расхаживая по дому взад-вперёд, а то бросаясь к записной книжке и яростно орудуя ручкой.

— Когда вернёшься? — спросила она.

— Не знаю, — честно ответила я. — Но может статься так, что быстрее, чем мне того хотелось бы…

Ночь и жирная жёлтая луна Ацтекской Империи. И мы с Чипом снова в пути, — правда, на сей раз с кондеем, что не может не радовать, и двигаемся в обратном направлении, на юг и в Тулу. Под бронеплитами уютно спрятался мифрил, а в грузовом отделении, в коробке с соломой — «божественный» артефакт, ключ от которого я небрежно закинул в бардчок.

Если так подумать, то машина сейчас стоила, как парочка крупных европейских стран со всеми потрохами.

«Ну а теперь-то? — зевая, спросил белкус. — Теперь-то мы едем дядьков убивать?»

— Едем, — кивнул я.

Глава 14

Дорогой дневник

«Дядьков убивать! Хэй! Дядьков убивать! Хой! Дядько-о-о-О-о-о-О-ов! Тру-ту-ту-туц! — Чип отбил о колено короткий проигрыш. — У-би-вать!»

Здравствуй, дорогой дневник! Давненько мы с тобой не виделись…

Шёл второй час моего путешествия из Арапахо-Сити в Тулу. И я уже раз пятьдесят успел пожалеть, что взял с собой в путешествие этого воинственного белкуса. А ведь впереди ещё сутки пути и две с половиной тысячи километров!

Выехал из Арапахо в четыре утра. Что удивительно, — и чего я не замечал ранее, когда гостил здесь в первый раз, — улицы уже начали оживать. Народу — почти как днём. Должно быть, дело здесь в том, что температура не опускалась ниже двадцати пяти градусов даже ночью, и местные привыкли вставать рано, чтобы решать свои бытовые вопросики по ночной прохладе. Относительной.

В 6:30, ровнёхонько под начало рассвета, добрался до Чейенн-Уэлс. Городок, застроенный типовыми панельками, точная копия Малиналько, в котором я покупал дирижабль. Только тот был к востоку от Арапахо, а этот к югу.

Всего-то пара часов пути, а Чип уже разнылся насчёт завтрака. Останавливаться я не стал, а вместо этого нашёл в бардачке шоколадный батончик, оставшийся от Габи с Изель.

Охотнику на заметку: не кормить белкусов сладким. Особенно, если у вас с белкусом налажена мыслесвязь. Дуреют и несут скоростную чушь.

Хотя-я-я-я-я…

Никоторые размышления Чипа мне даже понравились.