Мы быстро нагоняли снайпера, а он гнал что есть мочи, высоко подпрыгивая на неровностях дороги. И вскоре я понял, куда он так торопится.

В этом месте сходилось несколько транспортных магистралей, и, когда строили новую развязку, довольно протяжённый участок железной дороги, почти километр, упрятали в тоннель. Хорошее место, чтобы оторваться от огромной виверны, не спорю! Там и на мотоцикле-то далеко не безопасно ехать, а уж лететь и вовсе!

А если не соваться в тоннель, а ждать у выхода, то можно и не дождаться. Бросит мотоцикл и уйдёт через какой-нибудь технический люк. Я в фильмах видел, там постоянно герои так делают, чтобы скрыться от преследования!

Так что нифига!

Мысленно пришпорив Лаву, я направил её за беглецом. А тот, ещё раз оглянувшись, подпрыгнул на каком-то ухабе и перелетел через ограждение железнодорожных путей.

— Он не посмеет… — начала было Аня, но снайпер уже нырнул в тоннель.

Я направил Лаву следом, не раздумывая. Резко стало темно, но нам с виверной света, чтобы не врезаться ни во что, хватало. Главное — не зацепить натянутые под потолком провода…

Лава взревела и выпустила струю огня. Скорее для острастки.

Луч мотоциклетной фары впереди заметался, похоже снайпер всё-таки отложил кирпичей от неожиданности. Жаль, что не навернулся!

И тут мы услышали это — нарастающий гул приближающегося поезда.

— Артём! — закричала Аня, её голос дрожал от страха.

Я увидел, как снайпер выскочил из тоннеля буквально за секунду до того, как в него нырнул локомотив. Его прожектор ослепил нас, гудок оглушительно взревел.

Аня завизжала от страха, Чип от восторга, а я утянул Лаву вместе с нами всеми в тени. Прожектор потускнел, и мгновением позже мы промчались сквозь призрачный, если смотреть из теней, товарняк.

Через несколько секунд мы вынырнули из теней на выходе из тоннеля. Снайпер двигался параллельно путям, явно уверенный, что сбросил погоню. Расслабился, даже скорость снизил.

— Сюрприз, ублюдок, — прорычал я.

Лава издала оглушительный рёв и выпустила струю пламени. Огонь пронесся над головой снайпера, заставив его пригнуться к рулю. Мотоцикл вильнул, теряя равновесие.

Я спрыгнул с Лавы, приземлившись прямо позади снайпера. Тот, ошеломлённый внезапным появлением огнедышащего монстра, даже не успел среагировать. Я схватил его за куртку и рывком стащил с мотоцикла.

Мы покатились по земле, поднимая клубы пыли. Снайпер оказался на удивление ловким — он вывернулся из моей хватки и откатился в сторону, выхватывая пистолет.

— Ну-ну, — усмехнулся я, вставая и отряхиваясь. — Давай без глупостей.

Снайпер выстрелил. Раз, другой, третий. Я даже не пытался уклоняться. Вместо этого я просто поймал пули голой рукой, словно это были назойливые мухи.

То есть со стороны это выглядело, будто поймал. На самом деле, конечно, пули остановил щит, мне лишь оставалось выхватить их из воздуха.

— Ай, горячо! — театрально поморщился я, подбрасывая горячие кусочки свинца на ладони. — Знаешь, это очень невежливо — стрелять в людей!

Глаза снайпера расширились от ужаса. Он попятился, продолжая целиться в меня дрожащей рукой.

— Что… что ты такое? — прохрипел он.

Я улыбнулся, но в этой улыбке не было ни капли веселья.

— Тот, кого ты очень сильно разозлил.

Одним плавным движением я выхватил свой меч, с которым и не думал расставаться. Клинок со свистом рассёк воздух, остановившись в миллиметре от горла снайпера.

— А теперь, — сказал я, глядя прямо в глаза своему противнику, — мы с тобой немного поговорим. И поверь мне, тебе очень не понравится, если ты соврёшь.

Снайпер сглотнул, его кадык дернулся, почти касаясь острия моего меча.