Снайпер сглотнул, его кадык дернулся, почти касаясь острия моего меча. Я чувствовал, как за моей спиной приземлилась Лава, и как Аня и Чип спрыгнули на землю. Но я не отводил взгляда от человека передо мной.

Потому что сейчас, наконец, мы получим ответы.

Придавив его своей аурой Охотника, я медленно и чётко произнёс, врубая дар Тёмной на полную:

— ГОВОРИ ПРАВДУ, ВСЮ ПРАВДУ, И НИЧЕГО КРОМЕ ПРАВДЫ! НА КОГО ТЫ РАБОТАЕШЬ?

Выражение ужаса появилось на лице парня, довольно молодого, кстати, и ни капли не одарённого — если не считать неплохие навыки стрелка. Сопротивляться он, разумеется, не мог, хотя и пытался.

— Я… мне… заплатили… — заговорил он с трудом. — Никого не знаю… заказ через сеть, вслепую… оплата наличкой, закладка…

— Ты идиот? — удивился я. — Кто ж берёт такие заказы? Это же явная подстава!

Я даже сбавил давление. В принципе, сказанного мне было достаточно.

— Да все так работают, — пожал плечами стрелок. — Ты не знаешь заказчика, заказчик не знает тебя.

Он бросил бесполезный пистолет на землю и демонстративно поднял руки повыше. Всё же не совсем идиот. Тягаться неодарённому с магом, спокойно, как так и надо, летающем на виверне — это верное самоубийство.

«Лава, спасибо большое, и давай, лети, не надо привлекать внимание!»

Я только сейчас заметил, как стемнело за время погони. Да ещё и ограждения вдоль обочины на развязке. Вполне возможно, нас вообще никто не видел.

Лава вздохнула, взмахнула крыльями и улетела в сторону леса, где я её и развоплотил. А сам я достал телефон и набрал номер Фирсова.

— Василий Фёдорович, — сказал я, когда граф ответил. — У меня для вас подарок. Поймал тут одного стрелка-мотоциклиста, вот прямо чувствую, что он хочет вам что-то рассказать про склад взрывчатки, откуда грузился ваш фургончик.

— Координаты? — коротко спросил Фирсов.

Я скинул ему местоположение сообщением, и уже через двадцать минут возле нас тормознул черный автомобиль с номерами Тайной канцелярии, а следом подъехал такой же чёрный микроавтобус.

Прибывшие сотрудники загрузили снайпера со всеми потрохами, пожали мне руку, кивнули Ане и уехали. А я вытащил из криптора мотоцикл. Надо туда еды какой-нибудь наложить, что ли. А то так жрать хочется…

— Это было невероятно! — щебетала Аня. — Мы летали на огнедышащем драконе, чуть не столкнулись с поездом, ловили преступника… Это… это…

Она не могла подобрать слов, чтобы выразить свои эмоции. И так — всю дорогу.

— Знаешь, — сказала она, когда мы уже в темноте подъезжали к поместью, — раньше самым большим риском в моей жизни было проиграть рубль в преферанс бабушке. А сегодня… сегодня я пережила больше, чем за всю свою предыдущую жизнь!

Я улыбнулся, глядя на неё через зеркало заднего вида:

— Рад, что тебе понравилось. Хотя, боюсь, твой отец будет не в восторге.

Аня только рассмеялась в ответ.

Вечером, когда мы все поужинали, а Их Высочества уехали домой на специально присланной за ними машине, мне позвонил Император.

— Артём, — голос Его Величества звучал напряжённо, — мне тут прислали запись допроса пойманного тобой стрелка. И я хотел бы услышать от тебя, какая часть его рассказа о погоне — правда. А то никак не могу решить: наградить тебя за поимку террориста, или голову оторвать за то, что на поиски взрывчатки поехал с моей дочерью, да ещё на мотоцикле!

— Ваше Величество, — ответил я максимально серьёзно, — понимаю, что вас беспокоит безопасность Её Высочества. Могу заверить вас, что Анна Дмитриевна всё время была в шлеме.

На другом конце линии повисла тишина, а потом раздалось сдавленное хрюканье, перешедшее в громкий смех.