— Правильно.

— Вы… — Марша запнулась, а когда заговорила снова, он уже знал, что услышит совсем не то, что она собиралась сказать сначала. — Не забывайте включать систему сигнализации, войдя в дом.

Тигедон сообразил, что она истолковала его лаконичные ответы как отпор и собралась уходить. Он выпалил:

— Подождите!

Девушка обернулась.

— Сядьте. — Голос его звучал властно, слишком властно, и он смягчил тон: — Пожалуйста. Если вы еще не собираетесь ложиться спать, я… мог бы составить вам компанию.

Марша поколебалась секунду, показавшуюся ему вечностью, и опустилась рядом. Повеяло свежим тропическим ароматом ее духов, и Пол снова напрягся. Но сегодня в его реакции появилось нечто новое. Храбрость этой женщины, ее душевность и неприметная с первого взгляда красота — все это давно волновало Тигедона, но теперь возникло что-то еще.

Она однажды сказала, что понимает причину его любви к острову. У Пола не было оснований ей не доверять. Он не раз имел возможность убедиться, что она наслаждается этим дивным местом. Может, Марша надеялась залечить здесь какие-то душевные раны? Но достаточно ли этого, чтобы она начала доверять ему хотя бы немного…

— У вас бессонница? — Тихий вопрос Марши вывел Пола из раздумий.

— Вроде того.

Их беседа казалась ничего не значащей, но почему-то ни один из них не почувствовал неловкости.

— Когда я только начинал свою кинематографическую карьеру, мне казалось, что нет ничего труднее, чем изображать веселье, когда тебе тяжело, — кисло улыбнулся Тигедон. — Выяснилось, что я ошибался.

— Вы хотите сказать, что сегодняшняя сцена с друзьями была наиграна? Но зачем?

— Они слишком обеспокоены происходящим.

— Попытки скрыть свое состояние только измучат вас. Невозможно притворяться всю жизнь, Пол. Все, что вам сейчас остается, — это затаиться и ждать. И не пытайтесь справиться с этим в одиночку. Так можно просто сойти с ума, и напускное веселье — самый верный способ этого добиться.

— Рик и Стивен… Их душевное равновесие напрямую зависит от меня. — Тигедон вздохнул. — Мне нельзя показывать им, как… как я напуган. — Он горестно рассмеялся. — Пожалуй, я и сам не сознавал этого страха до сегодняшнего дня. Видимо, мне суждено быть героем только на экране.

Марша тут же энергично возразила:

— Не надо, Пол. Вы имеете полное право на страх. Эти подонки подожгли родительский дом, взорвали один из ваших… Любой нормальный человек испугался бы.

— Да? — Он искоса взглянул на нее. — Извините. Я не собирался снова плакаться вам в жилетку.

— Людям свойственно искать поддержку. Но сегодня утром вы вели себя по-другому.

— Да?

— Вы хотели стычки.

Пол даже встрепенулся, взволнованный ее точной догадкой. Неужели она так хорошо в нем разобралась?

— Вот почему было бесполезно колоть дрова, — лукаво улыбнулась Марша. — Поленья никогда не дают отпора.

Тигедон вздохнул и покачал головой.

— Вам и это известно?

— Мне хорошо знакомо такое состояние.

— В самом деле? — негромко произнес он, скользнув по ней взглядом.

Глаза Марши сузились. Пол понял, что она уловила истинный смысл его слов. И он решился:

— Как заставить вас поверить, что хочу быть с вами не потому, что вы волей случая оказались на острове единственной женщиной?

Пол знал, что задел ее больное место. Как ему сейчас хотелось расправиться с Биллом за то, что он сделал ее такой неуверенной в себе!

Девушка встревоженно взглянула на него широко распахнутыми туманно-серыми глазами, и в памяти Пола вдруг всплыла их первая встреча.