- Значит ты дворянин?

    - Нет.

    - Может быть, ты любимый троюродный племянник одного из членов магистрата?

    - Насколько мне известно, нет.

    - Тогда какого дьявола, - капитан перешел на крик, - ты за два дня запугал восьмерых моих сотрудников?!

    - Запугал? - Удивился я. - Но я и не думал никого запугивать. Я впервые в городе, и пользовался консультациями ваших людей исключительно для ориентации на местности. Проще говоря, я лишь спрашивал у них дорогу!

    - Дело не в том, что ты спрашивал, а в том, КАК ты это делал!

    - Как умел, так и делал, - пожал плечами я.

    - Зачем же ты тогда оскорблял их честь мундира?

    - Какого мундира? - Искренне изумился я.

    - А это тебе, что, не мундир?! - Капитан сорвал с головы берет, и яростно им потряс.

    - Это только его часть. И я просто поражался отсутствию основного обмундирования.

    - Ты хоть знаешь, что этими словами ты оскорбляешь не кого-нибудь, а капитана стражи?! Я горжусь, что ношу этот берет!

    - Гордитесь на здоровье, я то тут причем?

    - А притом, что согласно обычаю, нарушители вроде тебя, должны подвергаться суровому наказанию!

    «Согласно обычаю» - именно так он и сказал. Не закону, а обычаю!

    - И в чем суть обычая? - Поинтересовался я.

    - О, это просто. По обычаю, тебе должны были набить морду, как только ты непочтительно отозвался о берете. Честно говоря, это верный способ ввязаться со стражником драку. Вот мне и стало интересно, почему все семь рядовых и один капрал молча вынесли твои слова, а потом еще и дорогу указали! И это при том, что ты не являешься кем-то особенным!

    Ну, насчет моей особенности капитан, конечно, ошибся, да и трудно его в этом винить. Но как ему объяснить, что я просто умею делать так, что люди меня слушаются? Особенно те, кто на своей заднице прочувствовал дисциплину - стражники, солдаты, слуги и им подобные. Три сотни лет руководства над различными классами людей будто сплели у меня на голове Авенатровый Венок лидерства.

    Рассудив, что некоторые вещи лучше познавать на собственном опыте, я вздернул подбородок, приподнял бровь и холодным резким голосом произнес:

    - Капитан Перк, если вы пригласили меня только затем, чтобы обвинить в несоблюдении ваших внутриорганизационных обычаев, то предлагаю вам либо предъявить мне обвинение на основании закона, либо прекратить утомлять меня вашей компанией и позволить вернуться к собственным делам.

    Некоторое время, Перк с нескрываемым изумлением пялился на меня. Придя в себя, он осклабился и напряженно сказал:

    - А замашки-то у тебя прям королевские! Теперь понятно, каким образом ты моих ребят так смутил. Между прочим, капрал Ноули после встречи с тобой впал в ступор. Так и простоял всю ночь, подпирая фонарь, пока утренний патруль не встретил. Говорит: я в «Ленту» магистратского родственничка отправил, если узнают, точно вышибут!

    - Мне до сих пор не ясна суть ваших претензий, - не меняя тона, сказал я.

    - Да дело простое, ты нас обидел, и это сошло тебе с рук - не порядок! Кстати, можешь говорить со мной по-простому, меня этим не проймешь.

    Как бы не так! Очень даже проймешь, правда, не в такой степени, как низшие чины. Лишним доказательством было то, что капитан, наконец, начал подбираться к сути.

    - Вы хотите со мной поквитаться, - продолжил я в прежней манере, - это будет не заключение, и не насилие, потому как вы до сих пор не приказали своим людям на меня напасть.