— Ну, одеждой я бы тебя обеспечил, если бы произошла такая накладка, — прокомментировал его слова Кренс.

— А еще двести рыл? — поинтересовался Головин, передавая теплый цилиндр и трость слуге.

— Да, это уже проблема. Конечно, нет в этом ничего невозможного, но я бы уменьшил бы гонорар марок на семьдесят на человека. Ладно, иди за служанкой ее зовут Лита, — он указал на жгучую брюнетку среднего роста, которая стояла возле лестницы, — она проводит тебя в твои комнаты. Встретимся за столом.

Павел кивнул и отправился за девушкой, которая уже вступила на лестницу, ведущую на второй этаж. Она прошла по коридору и распахнула двойные двери. Слуга за спиной Головина, который нес его сумку, обогнал Миража и, проскользнув в двери, поставил ее на стол, после чего поклонился и скрылся в коридоре.

— Господин, — обратилась к нему Лита, — направо спальня, здесь гостиная. Из спальни вы сможете попасть в ванную комнату. Если вам что-то понадобится, что угодно, не стесняйтесь, просто позвоните вот в этот артефактный колокольчик, — она указала на стол. — Могу я для вас что-то сделать? Хотите, помогу вымыться. Это тоже входит в мои обязанности. Если нужно что-то еще, вы только скажите. — При этом она лукаво улыбнулась, она была не прочь, и подобные услуги ее не смущали, и девушка старалась это показать всеми силами.

— Спасибо, Лита, — улыбнулся Головин. — Если что-то понадобится, я дам вам знать. Оставайтесь тут, сейчас я умоюсь с дороги, и вы проводите меня туда, где ждет ужин и господин Дорк.

— Как вам будет угодно, — стараясь не показать, что разочарована, произнесла брюнетка и, прикрыв двойные двери, замерла возле них, вытянувшись по стойке «смирно».

Головин подхватил сумку и прошел в спальню, большая двуспальная кровать с балдахином Дии бы точно понравилось, подумал он и, поставив сумку на столик, прошел в ванную, сполоснул лицо, почистил зубы, осмотрел себя в ростовое зеркало. Через минуту он вышел в гостиную.

— Я готов, веди.

Лита кивнула и, распахнув двери, выпорхнула в коридор. Интересно, это ее инициатива или Кренс приказал, чтобы она подлечила душевные раны? Ну да ладно, сейчас ему не до девок.

Через три минуты она остановилась у дверей и указала на них.

— Вам туда, господин Павл. Я буду вас ждать в соседней комнате, чтобы проводить обратно.

Головин кивнул и незаметно вздохнул, слишком много правил у аристократов, они, не сказать, чтобы ему не нравились, просто он не привык к подобному.

Слуга, стоящий у дверей, толкнул створку, пропуская его в кабинет, где был уже накрыт небольшой обеденный стол.

Кренс обнаружился у окна, он задумчиво смотрел в звездное небо.

— Прошу, — поворачиваясь к Головину, он указал на кресло, который стояло чуть дальше. — Обойдемся без слуг.

— Ничего не имею против, — хмыкнул Павел, — я сам себе могу вина налить. И тебе, если понадобится.

— Никакого почтения к члену древней семьи, — рассмеялся Кренс и махнул рукой, слуга понял все правильно и выскользнул ла дверь. — Красное сухое?

— Ты снова пытаешься приобщить меня к старым винам, — хмыкнул Головин, занимая предложенное место, — я не ценитель, так что не откажусь от бутылочки хорошо выдержанного Керижа.

— На винном столике тебя ждет, а мне возьми Восточный склон.

Головин прошел к специальному столику, на котором стояли бутылки, стаканы и бокалы.

— Хороший Кериж, — заметил он, — лет двадцать выдержка?

— Обижаешь, — притворно возмутился Кренс, — тридцать два.