— Понятно, — сказал Игорь. — А какова сумма?

— Миллион баксов. Чуть больше.

Большаков присвистнул.

— Нормально. А охрана, вооружение?

— Их всего двое. И газовый пистолет.

— Чего так хило?

— Так они надеются на секретность. Есть только одно условие — его нужно ранить, но не убивать.

«Выходит, информатор — он, тот, второй», — подумал Кононов.

— И это все? — спросил Большаков. — А сколько «они» себе оставляют?

— Восемьдесят процентов, — Тарланов поморщился.

— Круто! Кто-то выполнит за них всю работу, а получит только пятую часть? Обычно наоборот, — сказал Игорь. — Это же простой «набой» или наводка. Можно в равных долях, если быть соучастником. А так… Понимаешь, здесь много нюансов, которые надо учитывать: а вдруг придется его кончать? А если при этом мусора накроют? И даже, если все удалось как надо — ты подумай — у людей на руках такие деньги — кто же их отдаст? Да проще посредника, то есть тебя, шлепнуть — и концы в воду. Согласен?

Тарланов молчал, почесывая затылок. Наверное, он просто находился в безвыходном положении, потому и вышел с таким предложением.

— Я понимаю, — мягко продолжил Игорь. — Деньги тебе померещились близкие, глазки загорелись, фантазия разыгралась. Это все — эмоции, а нужен холодный расчет, точный анализ всех возможных последствий. А мне они пока видятся в очень мрачном свете. Так что ты об этом лучше забудь, а товарищу своему передай спасибо за такое «сладкое» предложение и вежливо попроси поискать дураков в другом месте.

— Хорошо, — Тарланов вновь поднялся, явно огорченный услышанным.

— В лучшем случае, — повторил Игорь, — этот наводчик получит пятую часть, а тебя кинут. Твоя роль в этом деле — шестнадцатая, а отдавать деньги, уже рассованные по карманам, как-то не принято. Не тот коленкор, как ты выражаешься. И советую тебе по этому делу больше ни к кому не обращаться, а то еще не так поймут, — добавил он.

— Ладно, — кивнул головой Тарланов и пошел к двери. Там он повернулся: — Тогда хоть напьюсь в вашем заведении.

— Вот это дело! — поддержал его Большаков и закрыл дверь. Потом посмотрел на Игоря: — А предложение-то заманчивое.

— Выбрось из головы, — холодно отозвался тот. — Я уже все объяснил, что из этого может выйти. Давай-ка лучше опускаться на землю.

— Как скажешь, — согласился Геннадий. — Не спорю.

Он вышел из кабинета, а спустя полчаса, посмотрев кое-какие бумаги на верхнюю галерею, опоясывающую дискотечный зал, выбрался и Кононов. Игорь стоял, облокотившись на перила, и смотрел вниз, где во всполохах света прыгали люди, похожие на чертиков. Диск-жокей периодически что-то кричал в микрофон, отчего его «паства» заходилась криками и свистом. Этот парень, напоминающий в своем блестящем костюме матадора, был найден Большаковым в цирковом училище и чрезвычайно нравился публике. Карьеру он себе, по крайней мере, уже обеспечил. Среди прыгающей молодежи Кононов разглядел и Леру, которую он на сей раз прихватил с собой, чтобы девушка не скучала одна в квартире. Пусть веселится. Возле нее очень забавно подскакивал Геннадий, но она, похоже, мало обращала внимания на все его ухаживания. Заметив на верхней галерее Игоря, Лера помахала ему рукой, и ему пришлось сделать ответный жест.

К Кононову подошел администратор клуба, Бершунский, лоснящийся от жары.