Игорь разжал кулак, глядя на свои пять пальцев и чувствуя прилив крови к голове. Он сидел один в комнате, из открытого окна доносился уличный шум, похожий на рокот волн враждебного моря. По которому предстояло плыть и плыть, днем и ночью, то удаляясь, то приближаясь к берегу, в полном одиночестве.

7

Если спуститься в жерло огнедышащего вулкана, то, наверное, почти такие же ощущения можно было испытать и в ночном клубе «Кратер» — клубы дыма, жара, грохот и гул, означающие музыку. Но молодежи нравилось. И громадные цепи, висящие по стенам, и множество переходов, лестниц, где можно было выбрать укромный уголок, и полумрак со световыми всполохами, и несколько доступных баров со стойками. В огромном нижнем зале находилась собственно дискотека, в верхних помещениях было относительно спокойнее. Там можно было даже поужинать или сыграть в бильярд. Имелись и отдельные кабинеты, куда вообще не проникал шум и где проводились деловые встречи. Единственное, что в «Кратере» категорически запрещалось — это наркотики, а нарушившие правило изгонялись из клуба немедленно.

Здесь, в одном из тихих кабинетов состоялась встреча Кононова с Тарлановым. Большаков привел его поздно вечером и встал у двери, не собираясь уходить. Выслушав сбивчивую жалобную речь низенького бизнесмена в роговых очках — о том, как на него наехали Шиманов с Глотовым, прямо в Мосдуме, Игорь пожал плечами.

— И заплатил?

— Пришлось, — ответил Тарланов. — А что я мог поделать?

— А что я могу поделать? — в тон ему произнес Хмурый. — За ними МВД, Дума и наверняка спецура. Ты разве не знаешь, что руоповцы чистят все, что шевелится, только мертвых не трогают.

— Потому и называется — РУОП, — добавил Геннадий. — Видишь ли, Тарланов, по правилам оно должно означать — региональное управление по борьбе с организованной преступностью. Но буковки «П» и «Б» почему-то выпали из аббревиатуры. Что осталось? То-то.

Тарланов шевелил губами, поправляя очки. Ему действительно сейчас приходилось несладко.

— Нет, не втягивай меня в это дело, — жестко сказал Игорь. — У каждого свои проблемы. А это — твои.

— Банкроться, — посоветовал Большаков. — И открывайся заново, где-нибудь в другом месте.

— Ладно, подумаю, — сказал Тарланов и встал. Потом снова опустился на стул. У него было припасено с собой еще что-то.

— Ну говори, — предложил Игорь, взглянув на часы: Корочкин, наверное, сегодня уже не придет — или передумал, или чего-то забоялся.

— Вот какой коленкор… — начал Тарланов, зачем-то понизив голос, хотя подслушивать их никто не мог. — Я вас давно знаю, у нас проблем не было. Один мой знакомый, которому я вполне доверяю, предлагает заработать. Но нужны надежные ребята.

— В чем суть? — Большаков облокотился на спинку его стула.

— Некий человек перевозит крупные деньги для одной конторы.