|
Разместились в двух номерах, затем спустились вниз, в итальянский ресторанчик, перекусить. Утром ели макароны в Балашихе, вечером в Цюрихе — то же самое, но родительские, по-флотски, гораздо вкуснее. Потом немного погуляли по тихим улочкам, заглядывая в магазинчики, сфотографировались на фоне католического костела на набережной, но заходить внутрь не стали. Сделали кое-какие мелкие покупки: Клим приобрел часы, Валера — колечко для своей сестры-подростка, Серж — нож-бабочку из отличной стали, и Игорь — кожаный собачий ошейник, хотя у него не было никакого пса. Просто понравился. С металлическими заклепками-шипами, мягкий, упругий, фосфорицирующий в темноте, да еще и с серебристым колокольчиком — на сенбернара, не иначе. Такой и самому поносить приятно. Ладно, кому-нибудь подарит, в Москве. Когда-то они с Леной хотели завести собаку. Может потому и разошлись, что некому было их облаивать? Игорь гнал от себя мысли о Лене, если дать им волю — совсем раскиснешь. Очевидно, поэтому и согласился заглянуть вместе с ребятами в единственный в городе стриптиз-бар.
Народу немного, полумрак, уютные столики, освещенный подиум, на котором под музыку по очереди раздевались девушки — разных цветов кожи, из самых экзотических стран. Но большинство было славянского типа. — Жительницам Швейцарии это запрещено законом, — пояснил Саломатин. Только дома, перед мужьями. — А те и не глядят, — добавил Серж. — Расизм какой-то. После выступления, те же девушки, но уже одевшись, ходили по залу, подсаживались к посетителям и за разговором предлагали купить шампанское, которое здесь стоило по двести долларов. — Консуммация, — вновь пояснил Саломатин. — Процесс зарабатывания денег для заведения. — Скорее, мастурбация, — усмехнулся Клим. Ребята пили пиво, посмеивались, обсуждая ту или иную девушку. — Лариса бы им всем сто очков вперед дала, — заметил Серж. — Еще даст, когда сюда приедет, — кивнул Клим. Он знал, что Серж к ней «неравнодушно дышит», но нарочно поддергивал. Всем, не сговариваясь, понравилась светловолосая пассия с гибким телом. Пригласили ее за свой столик. Переводчик не понадобился, оказалась действительно русская — из Питера. Зовут Светой, работает по полугодичному контракту, по месяцу в каждом городе. Ей еще повезло, что вместо договора не подсунули «липу» и не отобрали паспорт, а то могла бы очутиться в каком-нибудь занюханном гамбургском борделе. И «обслуживала» бы по шесть-десять клиентов за ночь. А здесь с этим строго, просто стриптиз и все. — Так уж и все? — усомнился Валера. — Заставить нельзя, но если можешь договориться — пожалуйста, откровенно ответила она, с интересом взглянув на молодого парня. — Только не на нашей территории. — А сколько это будет стоить? — Гринов пятьсот. Смотря кого ты имеешь в виду. Валера чуть покраснел, не спуская с нее восхищенных глаз. Света мягко улыбнулась и почему-то посмотрела на Игоря, словно признавая в нем старшего. — Договорились, — усмехнулся он. Пусть отдыхают по полной программе, когда еще удастся выбраться? Не такая уж сладкая у них жизнь, как думают. В это время внимание ребят привлекла внимание шоколадная бразильская дива, довольно мускулистая, но стройная. Серж даже зааплодировал, поскольку ему нравились сильные экземпляры. Но «экземпляр» действительно оказался еще тот, поскольку, оставшись без единой нитки, «он» сдвинул ноги, сжав между ними свой пенис. — Елки-блинчики! — произнес растерянно Серж. — Вроде, и грудь есть… Оно — кто? Гермафродит? — Да нет, — устало пояснил Саломатин. |
