– Как… – И больше я ничего не смог промолвить.

Брасти всегда был хорош собой, и ему всегда хотелось казаться умным и быть желанным. И за все годы знакомства он думал лишь о пьянках и симпатичных девушках. Теперь же он глядел на меня с совершенно другой улыбкой на лице – такой я еще не видел, – и взгляд его тоже изменился.

– Я называю их «ублюдками Брасти», – гордо сказал он.

– Миру нужно больше ублюдков, – сказал Кест с восхищением в голосе.

Брасти вскочил на коня.

– Что ты делаешь? – спросил я.

Он сунул Невоздержанность в чехол на седле и вытащил Оскорбление – лук, из которого можно было стрелять верхом.

– Подбавлю-ка я им оскорблений.

Брасти поскакал вперед, стреляя в тех рыцарей, которым удалось проскочить сквозь перекрестный обстрел. Валиана и Дариана бросились следом с песней и боевым кличем на устах.

Эталия с Алиной принялись доставать целебные мази из сумки.

Мы с Кестом поддерживали друг друга, чтобы не упасть.

– Боги! Что он натворил?

– Он их разбил, – сказал Кест. – Разбил рыцарей. Они никогда не станут такими, как прежде.

Никаких больше рыцарей.

Глава сорок восьмая

Совет

– Знаешь, что смешно? – спросил Брасти.

Я открыл глаза, но увидел лишь тьму и запаниковал. Парализовало! Боги, нет-нет, не надо! Вы не можете снова так поступить со мной, только не теперь, после всего, через что я прошел…

– Всё в порядке, – нежно сказала Эталия. – Просто сейчас темно.

Я уснул на длинной скамье в просторном коридоре перед тронным залом замка Арамор, положив голову ей на колени. Я ощутил тепло ее ладони на щеке, глубоко вздохнул и лишь тогда услышал тихий перебор гитарных струн: мелодия эхом отражалась от стен.

– Нера? – позвал я.

– Я здесь, шкурник, – ответила она. – Ты дал мне начало прекрасной истории, но теперь мне нужно придумать аккомпанемент.

– Который час? – спросил я.

– Поздний, – отозвалась Дариана; сидя на полу, она водила по клинку точильным камнем. – До рассвета часа два осталось. Никто даже не подумал зажечь для нас факелы. Боюсь, что тебя и твоих плащеносцев здесь любят так же сильно, как и прежде.

Я вгляделся во тьму, пытаясь найти Кеста, и заметил лишь смутные очертания в другом конце коридора. На какой-то миг мне даже показалось, что он снова светится красным, словно стоит у камина, но потом все погрузилось во тьму.

– Может, хватит? – спросил Брасти, сидя в нескольких шагах справа от меня. – Определись уже, черт возьми, хочешь ты снова стать святым клинков или нет.

– Это не в моих силах, – спокойно отозвался тот.

– Твоя рука, – я поднял голову с колен Эталии и тут же пожалел об этом, – она…

Тень Кеста кивнула.

– Лекарь обработал ее какой-то кислотой, чтобы рана не воспалилась, и наложил повязку, чтобы я не истек кровью. Боль… неимоверная.

И снова красная вспышка озарила темноту зала.

Брасти кашлянул.

– Так вот, как я и говорил, знаешь, что смешно?

– Погоди, – сказал я. – Сколько мы уже тут прождали?

– Несколько часов, – ответил Кест. – Герцоги совещаются с тех пор, как закончилась битва. Около часа назад сюда приходил слуга, чтобы «напомнить нам», чтобы мы оставались здесь.

– Совет герцогов проводится в соответствии с очень строгим протоколом, – объяснила Валиана.