-  Очень мило, - пробормотал Калашников. - А я-то думал, что КГБ за каждым моим шагом следит. И ничего лишнего не позволит.

    -  К сожалению, - развел руками Гринберг, - в вашем случае очень трудно определить, что такое «лишнее», а что - нет. Поэтому я и решил прервать ваши странствия по Сети. Настало время всерьез поговорить о нашей с вами безопасности.

    -  А еще не поздно? - полюбопытствовал Калашников, покосившись на потолок. - У меня такое ощущение, что я по меньшей мере мировую войну объявил!

    -  Войну не войну, - сказал Гринберг, - а вот что-то похожее на джихад объявили. Впрочем, не это главное.

    -  Как?! – Калашников подпрыгнул в кресле. - Не главное?! Что же я еще натворил?

    -  Да вы вообще ничего не натворили, - улыбнулся Гринберг. - Ни джихад, который вы невзначай объявили, ни даже концепция Прекрасной Галактики, эта ваша наживка, на которую клюнули несколько зарубежных интеллектуалов, особой опасности не представляют. И в том, и в другом случае мы имеем дело с хорошо изученными и предсказуемыми процессами. По сравнению с информационной войной, развязанной против Звездной России в двадцатые годы, нынешний «джихад» выглядит обычной дешевой сенсацией. Идея Прекрасной Галактики доставит хлопот нашим дипломатам, но в конечном счете вполне может быть представлена в качестве религиозного учения, ничего общего не имеющего с государственной идеологией. Так что уберите экраны с потолка, Артем Сергеевич, нечего на них больше смотреть. У нас с вами есть дела поважнее.

    -  Ах да, - припомнил Калашников. - Аквалангисты с гарпунными ружьями!

    Он отключился от Сети и поудобнее устроился в кресле. По всему выходило, что светский разговор закончен, и сейчас начнется самое главное. То, ради чего полковник КГБ Михаил Гринберг пришел на ночь глядя в стоящий на отшибе домик Артема Калашникова.

    -  В том числе и аквалангисты, - кивнул Гринберг. - Но сначала - о той реальной угрозе нашей общей безопасности, которая обнаружилась после обнародования идеи Прекрасной Галактики. Отправленные вами письма прошли независимый анализ у семи экспертов нашего Комитета, четверо из которых искинты. Только двое из них выдвинули обоснованные предположения о возможном резонансе вокруг ваших идей - но и в том, и в другом случае речь шла исключительно о реакции в среде последователей Звездного Пророка…

    Калашников, продолжая слушать, снова подключился к Сети. Звездный Пророк, прочитал он на возникшем перед глазами экране, прозвище А.С. Калашникова, под которым он был известен в среде пост-технотроников в 2150-2210 годах. С 2212 года официальный титул Калашникова в рамках Технотронной Церкви.

    -  Ни один из экспертов, - продолжил Гринберг, - не смог обосновать причины, по которым ваша частная корреспонденция получила столь широкую популярность. Идея Прекрасной Галактики полностью расходится с идеологией Технотронной Церкви, проповедующей «этику роботов». Отождествление вас с историческим Артемом Калашниковым, произведенное профессором Квайном из Мариокского