— Он вышел, — буркнул охранник. — В парадную половину, постучать фишками.
Амат кивнула.
— Я бы туда не ходил, бабушка.
— Что ж, не буду ему мешать. Пришли ко мне Митат. Мне нужна помощница, чтобы привести кабинет в порядок. Как придет Ниит — вечно погром, словно после урагана.
Охранник изобразил позу согласия с оттенком усмешки. С улицы вдруг донесся барабанный бой. Нескончаемый карнавал веселого квартала захватил еще одну ночь.
— Скажу, чтоб принесла какого-нибудь снадобья, смазать рану, — сказал охранник.
— Спасибо, — вежливо и бесстрастно отозвалась Амат. Пусть верят, что она таковой и осталась. — Очень любезно с твоей стороны.
Митат появилась в дверях пол-ладони спустя. Широкое бледное лицо, усеянное веснушками, было твердо. Амат улыбнулась ей и изобразила приветствие.
— Бабушка, говорят, он к тебе приходил.
— Все верно. Будь добра, открой ставни. Когда я пришла сюда, могла обходиться сама, а сейчас что-то ослабла.
Митат исполнила ее просьбу, и на письменный стол упал бледный луч лунного света, смешиваясь с сиянием фонаря. Бумаги, как оказалось, почти не пострадали. Амат поманила рыжую к себе.
— Вам нужно уходить, бабушка! Ниит-тя рвет и мечет.
— Еще бы, — отозвалась Амат. — Со страху-то. И с перепою. Мне нужна твоя помощь. Сегодня. Сейчас.
Митат ответила позой согласия. Амат улыбнулась и взяла ее за руку. У нее за спиной виднелась выбоина в стене — маленький шрам от удара Ниита. Поймет ли когда-нибудь сутенер, во что ему встала эта отметина? Уж Амат добьется, чтобы он заплатил сполна.
— Кто здесь для него наиболее ценен? Есть люди, которым он доверяет больше других?
— Охрана, — начала Митат, но Амат ее перебила.
— Кому он верит, как брату?
Митат прищурилась. «Почуяла, куда дует ветер», — поняла Амат и улыбнулась.
— Черному Ратви! Он отвечает за дом, когда Ниит-тя в отлучке.
— Знаешь, какой у него почерк?
— Нет. Но я слышала, позапрошлой ночью он брал из хранилища две полоски золота и семьдесят — серебра. Сам говорил.
Амат пошелестела страницами самой свежей учетной книги и нашла указанную сумму. Буква в расписке стояли сикось-накось, окончания слов то и дело терялись. Этот почерк она видела много раз. Черный Ратви вел счета как попало. С его записями она уже немало помучилась. «Что ж, поделом ему, — злорадно подумала Амат, — за разгильдяйство».
— Мне понадобится накидка с капюшоном, за две ладони до восхода, — сказала она вслух.
— Бежать нужно как можно скорее, — настаивала Митат. — Сейчас Ниит-тя занят, а после…
— Я еще не закончила. За две ладони до рассвета буду готова. Тебе и твоему другу придется залечь на дно, когда Ови разделается с Черным Ратви. По крайней мере, на пару недель. Если он увидит, что дела пошли на лад, то решит, что был прав. Понятно?
Митат ответила утвердительно, но поза вышла неуверенной. Амат не стала отвечать по этикету, просто приподняла бровь и стала ждать. Митат отвела глаза, потом подняла снова. В ее взгляде читались и надежда, и сомнение — точно она всей душой хотела поверить, но боялась.
— А вы сумеете? — спросила Митат.
— Подгадать, чтобы цифры указывали на Черного Ратви? Конечно. Это же моя работа. А ты сможешь достать мне накидку и провести хотя бы до улицы?
— Если вы натравите эту парочку друг на друга, я сделаю что угодно! — ответила Митат.
Времени ушло меньше, чем Амат предполагала. |