Сэра опять мрачно усмехнулась.

– Бандор был там, когда она это говорила. Но Лер беспокоился о другом:

– Все‑таки лесной царь принадлежит этим местам: нашему лесу. Эллеванала почитают везде. Я хочу сказать, Карадок имеет учеников, и в Корхадане есть церковь побольше.

– Я не поклоняюсь богам, – ответила Сэра. – А тебе надо обсудить это, когда в следующий раз встретишься с лесным царем.

Лер подумал над ее словами, но, похоже, был удовлетворен, поэтому сменил тему.

– Дядя Бандор любит нас, он любил… любит папу. Он не сделает ничего во вред папе.

– Я тоже верю, – согласилась Сэра. – Но ты и я вместе пришли к его имени. Он стал одним из последователей Волиса. Я думаю, что нам надо быть с ним осторожными, пока мы не получим больше информации.

– Что же мы будем теперь делать?

– Сначала закончим здесь, потом у меня есть несколько вопросов к священнику. Ты знаешь, как быстрее попасть в Редерн?

– Да, – ответил он. – Но не раньше, чем стемнеет.

– Неважно, – холодно ответила Сэра. – Я не побоюсь разбудить несколько человек.

Или разорвать их на кусочки. Таера забрали живого – иначе она не смогла бы этого вынести, – и она собиралась найти его, где бы он ни был. А «разорвать кого‑то на кусочки» звучало очень, очень хорошо. Пусть Волис встретится лицом к лицу с Вороном, который знает, кто он, когда у него не будет за спиной колдунов, которые бы его защитили. О! Она сегодня не ляжет спать, пока не получит от него ответы.

– А как же Ринни? – спросил Лер.

– Джес, наверное, уже доставил Хенну в деревню и скоро должен быть дома. С ним Ринни будет в безопасности.

Гура залаяла, и Ринни отвлеклась от растений. Но тот, на кого лаяла собака, находился с другой стороны дома.

Ринни вскочила на ноги и смахнула с юбок пыль. Она взяла Гуру за ошейник и отправилась посмотреть, кто же там пришел.

Глава 7

Он открыл глаза. Абсолютная темнота и холодный каменный пол под щекой, хотя он не помнил, чтобы собирался спать. Он глубоко вздохнул и попытался определить, как здесь оказался и где это «здесь». Последнее, что помнил Таер, как он в горах верхом на Фросте возвращался домой.

Неоспоримо одно: он уже не в горах. Каменный пол под ладонью был плоским, хотя пальцы нащупали следы зубила. Значит, он в комнате, хотя где‑то поблизости слышится журчание воды.

Он осторожно поднялся на четвереньки и стал на ощупь передвигаться вперед, пока на полу не накрыл ладонями решетку, под которой слышался звук текущей воды. Прутья были расположены слишком близко друг к другу, поэтому ничего, толще пальца, сквозь них не пролезало, и до воды было не достать. Он пытался решетку поднять, но ничего не получилось.

Спустя несколько часов он уже чувствовал голод и жажду и знал, что находится в комнате шесть шагов шириной и четыре шага длиной. Окованная железом деревянная дверь плотно прилегала к одной из узких стен и петли были с обратной стороны.

Каменотес, возводивший стены, хорошо знал свое дело: он оставил только маленькие зазоры для пальцев. Таер падал три раза, но все‑таки ему удалось в углу вскарабкаться к деревянному потолку. По его расчету расстояние от пола до потолка составляло примерно два его роста. Упираясь ногами в противоположные стены, он поднялся кверху и перебрал все деревянные плашки, пытаясь их сдвинуть с места, но ничего не получилось.

В конце концов он сполз вниз, осознав, что комната, в которой он находился, была расположена не в Редерне – и даже не в Легее.