У Чижовой судьба сложилась, в принципе, похоже. С той лишь разницей, что за время, пока подруги не виделись, Лера успела поработать в трех областных театрах, из которых вылетала (по ее словам) всегда по одной и той же причине: ревность ведущих актрис.

— Как они не могут понять, что для меня главное — это искусство, а не их плешивые муженьки, по случаю оказавшиеся главными режиссерами, — возмущалась Лера, активно налегая на коньяк, купленный в гастрономе напротив и роняя скупые пьяные слезы.

— Нет, Марго, — настоящая жизнь только в столице. Я пока добиралась до тебя с вокзала, видела аж три вывески совершенно незнакомых мне театра. Один из них — какое-то «Зазеркалье» — буквально в двух шагах от твоего дома. Ты не знала, что ли? Никогда не поверю, что в Москве театральным миром правят те же бездари, что и в провинции… Это у нас, если ты блатной или жена блатного — тебе все пути открыты…, по родственному. А в столице пробиваются только таланты! Прямо завтра возьму трудовую книжку и пойду искать работу.

Трудно поверить, но Марго, живя на Ленинском проспекте, ничего не слышала о театре, расположенном буквально по соседству. Зато Чижова, уйдя на поиски работы в десять утра, уже в двенадцать возвратилась с бутылкой шампанского и огромным тортом:

— Ну, что, плесень мосфильмовская! Доставай бокалы, праздновать будем! — с порога завопила она и закружилась по комнате — Меня взяли на работу! Прямо сразу! Прямо в первом же месте! Правда, театр оказался специфическим. Это театр двойников. Ну и плевать, пробьемся! Эх ты, рохля, сидишь на своей студии, бумажки перебираешь, чужие морды оцениваешь, а задницу поднять не можешь. Годы-то, милая Маргоша, идут. И прожить эти годы нам нужно как?

— Как? — опешила Лера.

— Чтобы не было мучительно поздно! — захохотала блондинка и с шумом откупорила бутылку вина.

Однако уже через год эйфория Чижовой сменилась горькими рыданиями на кухне.

— Только представь, — говорила она, — Они до сих пор не могут подобрать мне образ! Я и не Пугачева, и не Мерлин Монро, и не Барбара Стрейзанд, в конце концов. Меня задолбали эти двойники! Ну почему я обязательно должна быть на кого-то похожей? Получается, что бездарная старуха, идеально копирующая Гурченко, им нужнее меня — молодой и красивой. Что за дикая идея — создать театр двойников?

— Но ты ведь сама туда устроилась? — робко возразила Марго.

— Правильно! Потому что дурой была, и никто меня не остановил. Ты в том числе…

Еще через какое-то время, уже ближе к зиме, Лера Чижова исчезла на три дня. Когда она появилась в выходные — сияющая и довольная, Марго догадалась, что у подруги произошли какие-то радостные перемены.

— Марго, прикинь! Я сорвала джек-пот, вытащила сразу всех джокеров! — рассказывала, собирая чемодан подруга, — Наш Матвей ушел от своей грымзы и женится на мне. Сейчас мы уезжаем на его дачу, встретим там и Новый Год, и Рождество, и День всех влюбленных…. Там снег, там камин, там вековые сосны, свечи в бронзовых подсвечниках, там наверняка есть тяжеленные хрустальные бокалы…. Я буду бродить по дому в бархатном халате и кормить с веранды снегирей. Мы организуем себе каникулы на целый месяц. Боже! Я никогда еще не жила на даче зимой… А когда Мэтью разменяет квартиру и выгонит к чертовой матери свою старуху из театра, я стану самой настоящей звездой!

— Каким образом? — для приличия спросила Марго, догадавшись, что Чижик закрутила роман со своим главным режиссером.

— Элементарно, Ватсон.