Хотя, из сказанного другими Избранными, казалось болезнь или расстройство… или чем оно было… протекала своим чередом вне зависимости от усилий окружающих.

— У меня есть кое-какой опыт, — пробормотал Рив. — Когда я встретил Элену? Она не знала, что я был пожирателем грехов, тем более наследником престола симпатов. Я тоже не спешил поведать ей об этом, но едва ли мог скрыть следы на своих руках, природные побуждения, то, кем я был. И не забывай, я зарабатывал на жизнь тем же, чем и ты. Едва ли хорошие новости, которые можно рассказать дома своей женщине. Я сопротивлялся так долго, как это было возможно, но когда правда всплыла наружу? Я знал, что она бросит меня. Был уверен в этом. Она ушла ненадолго, мне оставалось лишь продолжать любить ее. Но в итоге? Все уладилось.

Жаль, что Трэз не мог почерпнуть в его истории вдохновение.

— Селена умрет.

— Может. А, может, и нет. Слушай, я не фанат подвидов, но у нас на севере есть свои ноу-хау. Посмотрим, что я смогу привезти оттуда.

Трэз повернул голову к нему и уставился на парня.

— Ты не обязан…

— Прекрати.

Трэз не мог не отвести взгляд.

— Не вынуждай меня плакать. Ненавижу чувствовать себя размазней.

— Для меня ты бы сделал то же самое.

— Однажды ты уже спас мне жизнь.

— Предпочитаю думать, что мы спасли жизнь друг другу.

Трэз вспомнил ночь, когда они впервые встретились. Обстоятельства и место, в той хижине на горе — первое строение, которое попалось Трэзу на пути после того, как он вырвался на свободу… там же Рив выполнял свой долг перед той мерзкой Принцессой симпатов, которая шантажировала его.

Трэз укрылся в хижине. Когда появился Рив и трахнул ту суку стоя пару раз. После она бросила его валяться на полу в жутком виде, яд, который она наносила на свою кожу, подкосил Ривенджа.

Желание позаботиться о парне казалось вполне естественным

В ответ? Он и этот фиолетовоглазый ублюдок стали своего рода братьями. Настолько, что когда айЭм оказался вне Территории, они сдружились, преданность и признательность Трэза породнили его и брата с пожирателем грехов.

Спустя столько лет одно он мог сказать о Ривендже — он был достойным мужчиной. Пусть он и был сутенером, владельцем клуба, дегенератом и распутником, злобным ублюдком-садистом… он был — и всегда будет — одним из лучших мужчин, с которыми Трэз встречался на своем веку.

— Тогда я пойду, — сказал Рив.

С очередной серией кряхтенья мужчина поднялся на ноги, и, приняв вертикальное положение, собрав норковой шубой пыль с голого пола учебного центра, он прокашлялся, не смотря на Трэза. Не удивительно, и он был признателен. Трэз не знал, как вести себя с сильными чувствами.

— Спасибо, — сказал он хрипло.

— Прибереги благодарность на случай, если я вернусь с чем-то ценным.

— Я не об этом.

Рив наклонился, протягивая боевую руку.

— Все мое — твое.

Трэз заморгал. Потом провел рукой по глазам.

— Старина, мне нужна только твоя дружба. Потому что она бесценна.

***

Когда айЭм вышел из мужской раздевалки, он проверил, чтобы все пуговицы на рубашке были застегнуты. Он принимал душ минут пять, не больше, но вода была холодной как лед, и его чувства немного взбодрились.

Сложно сказать, судя по тому, как кипели мозги от происходящего.

Он остановился, увидев стиснутые руки Трэза и Рива. По неясной причине этот тихий момент между парнями напомнил айЭму ночь побега Трэза.