— Я бы попросил!

— В штанах пусто. Не удивительно.

Вниз по ногам. Икрам. Назад на уровень глаз.

— Итак, вот тебе правила: одно движение в сторону моего Короля, которое мне не понравится? Сдохнешь раньше, чем твое тело коснется пола. Мы друг друга поняли?

— Я пришел сюда с миром. Я по горло сыт войной…

— Мы друг друга поняли? Только чихни в его сторону, попытайся пожать руку, даже если ты дважды посмотришь на его долбаные ботинки? Я лично повешу бирку на твой палец.

— Ты всегда такой резкий?

— Чтоб ты знал, упырь, я спокоен, собран и хладнокровен. Ты не захочешь видеть меня взбешенным.

Рейдж толкнул парня в сторону двери, открыл ее и потом схватил парня за шею.

— Я в состоянии идти сам, — протянул мужчина.

— Да ладно? Уверен в этом?

Рейдж так повернул хватку, что теперь его ладонь лежала на лице парня, сейчас он вел Тро за коллекцию из глаз, носа и рта.

— Так лучше? Нет? Ну, видимо, тебе стоило держать варежку закрытой.

Намеренно лишая Тро равновесия, он наслаждался, как парень, словно Фред Астер, вытаптывал чечетку мимо Абалона и сквозь дверь в библиотеку.

— Все идет просто прекрасно, — пробормотал Ви, зажигая самокрутку.

— По крайней мере, обошлось без соуса для барбекю, — парировал коп.

— Это пока. — Ви выпустил струю дыма. — Впереди вся ночь.

Рейдж прокашлялся.

— Мой господин и правитель, Роф, сын Рофа, кровный отец Рофа, представляю вам Тро, Кусок Дерьма.

На этой ноте он толкнул парня в сторону восточного ковра, и, вот неожиданность, сделав кувырок, ублюдок оказался на своем месте.

У ног одного-единственного, настоящего Короля.

Глава 15

— Нет, я позабочусь о ней. Спасибо.

Сказав это, Трэз улыбнулся Элене, не желая обижать женщину своим «кыш». Но по правде, он вполне приготовился стать тем, кто вынесет Селену из смотровой комнаты. Учебного центра. В… куда-нибудь, куда угодно.

Но этому не бывать. Не больше двух часов назад у нее была остановка сердца, ее ударили двумя миллионами джоулей электричества в грудную клетку, а потом как-то умудрились вернуть ее к жизни благодаря его фокусу с превращением в живое, дышащее одеяло в виде души.

О, да ерунда, просто еще один день из жизни.

Или ночь?

Да кто, блин, знал.

— Ты готова? — спросил он у Селены.

Когда она на самом деле посмотрела ему в глаза и кивнула, казалось, это происходило во сне. Он никогда бы не подумал, что связь между ними восстановится… и что ее тело снова будет сгибаться, как и положено, когда он подхватил ее под колени и плечи.

— Я буду… нежен. — Когда его голос сорвался, ему захотело отвесить себе затрещину. — Медленно и аккуратно.

Она снова кивнула, а потом охнула, когда он поднял ее со стола и вытащил из-под медицинской лампы со множеством огней, которую опустили низко к ее телу.

— Куда? — спросил он, хотя ему уже дважды сказали.

Элена, которая несла мешочек для капельницы, повела их к двери. — За мной.

По другую сторону двери располагалась реабилитационная палата, и он не хотел видеть в ней свою женщину. Больничная койка с высокими поручнями вдоль матраса, тонкие покрывала, простыни, простые и белые. Рядом стоял штатив для капельницы и разнообразное оборудование для наблюдения. Дубовые с виду подушки.

С другой стороны, он мог положить ее на пуховую перину, и даже этого будет недостаточно.

Селена дрожала, когда он аккуратно устроил ее на матрасе.