— Добрый день, — сказал я. — Вы хотели поговорить?

Мужчина (на вид ему крепко за шестьдесят, невысокого роста, лицо помятое, видимо, иногда не прочь выпить), кивнул и ответил:

— Угу… хотел… меня Сергеем зовут… вы искали Низова? Алексея?

— Да, — произнес я, немного помедлив.

Скрывать, в принципе, тут нечего. Сосед наверняка видел, как я перелезал через забор.

— Вы его знаете?

— Как не знать, дома-то рядом! А вы, случайно, не из полиции?

— Разве мы похожи на полицейских? — улыбнулся я.

— Девушка — нет, — мужчина исподлобья покосился на Вику, — а вы — да! Хотя еще и на бандита. На кого-то из них, точно.

— А может, адвокат? — грустно усмехнулся я.

— Не, какой вы адвокат… — махнул рукой Сергей. — Адвокатов я видел много, чай, не одну ходку в Сибири отбыл… Они другие… У них лица не жесткие и глаза бегают по сторонам — где бы денег урвать…

Вика засмеялась.

— Вы, девушка, тоже не из этих… В душе, по крайней мере. Хотя ксива, может, и имеется, не спорю… Но это все, как говорится, лирика. Вам нужен Алексей?

— Да, — повторил я.

— Не спрашиваю, что он натворил. Это он мог… по нему было ой как видно. Неприятный он человек. Вроде улыбается, здоровается, спрашивает, как жизнь — а все равно мороз по коже. Даже у меня, десять лет в Сибири отсидевшего! Колдун Алексей! Хоть и никогда своих умений не показывал, но знаю точно! И не какой-нибудь фокусник, а самый настоящий, темный!

— Почему вы так решили? — спросила Вика.

— И чувствуется такое… да и птицы…

— Что птицы? — не понял я.

— Постоянно мертвые валялись около его дома… Черт их знает, почему… Прилетали почему-то и подыхали… Опыты он что ли какие там делал, зазывал их… непонятно… А потом собирал мертвые тушки и заносил в дом. Обычно тех, которые в саду у него окочурились, но один раз вышел за калитку, оглянулся — думал, что его никто не видит! — и забрал пару голубей, что валялись перед забором. Я сам это смотрел!

— А чем он вообще занимался? Работал где-нибудь?

— Не могу сказать! Скорее всего, нет. Откуда брал деньги — неизвестно, хотя жил он бедно, ничего особо не покупал, ходил в одних и тех же шмотках.

— Но у него был второй дом! — оглянувшись по сторонам, заговорщицки прошептал Сергей. — Он в основном там и жил. Неделю здесь — две по второму адресу. Причем в диких местах, на болотах.

— Как вы узнали?

— А вот так! У него машина, старенькая белая «Нива», кузов весь ржавый, прогнивший, Алексей на ней постоянно ездил. А сосед мой, Никита Иваныч, хороший был человек, жаль, умер год назад, однажды показал мне цветок, прилипший к кузову — маленький такой, голубенький — и сказал, что видит его уже в третий раз и что такие в Подмосковье лишь в одном месте растут. Никита Иваныч в растениях разбирался! Сорок лет в институте ботанику преподавал!

— И где же это его дом?

Сергей снова оглянулся и будто стряхнул с рукава что-то — то есть сделал знак, как бы защищающий от нечистой силы.

— Хутор Горькая Балка. Он в тех местах один такой. Я смотрел по карте. Сейчас заброшенный. Дорог к нему нет, он прям в болотах.

— Но зачем Низову там жить?

— Был бы он приличным человеком, как мы — незачем. А для черной души такой хутор — самый подходящий. Я б в таком жить не стал, даже когда от полиции бегал.

— Неужто приходилось прятаться? — вскользь поинтересовался я.

— Конечно! — развел руками Сергей, словно говоря о само собой разумеющимся.