— Договорились.

Я приехал к себе домой, по дороге купив что-то поесть. Опять Вадим куда-то влез, и опять требуется помощь. Хотя, в принципе, иногда помогать ему было весело… особенно если нужно посетить кабак с балериной, подружкой его любовницы. Ладно, это все лирика.

Я залез в шкаф, достал спортивную одежду, капу, бинты и прочее. Хотя, если враг Горчакова боксом не занимался, все будет просто. Двину ему разок по печени, он после этого продолжать не сможет, и таким образом не получит избиения. Но вдруг Хмелев будет плохо себя вести, то ему… гм… будет плохо!

Потом я позвонил Снежане. Настроение у нее улучшилось — бабушке стало легче, такое впечатление, что похороны все-таки откладываются. Сказала, что очень соскучилась и обещала скоро приехать. Тут и у меня настроение пошло в гору, как ему не пойти!

Как только потом заниматься делами, мы же из постели вылезать не будем. Ну разве что затем, чтобы получить удовольствие в ванной, на кухне, в крайнем случае, в автомобиле. Осталось только на шкафу еще попробовать, все остальное уже было. Но об этом потом. Сейчас у меня, извините, дуэль.

Время пролетело быстро, я собрал сумку и вышел на улицу. Волшебная сигнализация от Вики перекочевала в арендованный автомобиль, поэтому я не опасался, что мне чего-нибудь подбросят. Да и некому уже этим заниматься. Оба специалиста в таких делах сейчас в тюрьме, и выйдут оттуда нескоро.

Больше надо опасаться выстрелов или огненного шара, но в округе вроде спокойно. Я сел в машину и поехал за Вадимом.

Я почему-то нервничал. Понятия не имею, почему. Дуэль — ненастоящая, Хмелев драться не умеет, какие проблемы? Мой спортзал посещало несколько мастеров спорта международного класса по боксу и кикбоксингу, и я с ними в спаррингах чувствовал себя весьма уверенно, люди даже удивлялись — вроде не профессиональный спортсмен, а получается очень хорошо. Талант!

Тренер говорил, что будь я помоложе, с такими данными меня б с руками оторвали с перспективой выступлений на чемпионатах мира, а то и на олимпийских играх.

Но увы! Хотя не уверен, что это плохо. Профессиональный спорт скучен. Утром — пробежки, днем и вечером — тренировки. Еда строго по предписанию диетологов, и никакого секса перед боями.

Не, мне такое не подходит.

Вход в «Бойцовский клуб» оказался в одном из больших стадионов Москвы. Точнее между каких-то хозяйственных построек на территории стадиона. И представлял он собой обшарпанную незаметную дверь.

Пускать нас довольно долго не хотели. Вадим стучал, бил ногами, кому-то звонил (на звонок не отвечали), потом от злости сказал, что сейчас уйдем, потому как не открывают, но затем дверь все-таки распахнулась.

Изнутри показался бритоголовый амбал в кожаной куртке.

— Кто такие? — спросил он, смерив нас мрачным взглядом.

— Я — барон Горчаков, — произнес Вадим. — Он со мной. Его зовут Павел Волков.

— Ему известны правила нашего клуба?

— Еще нет, — развел руками Вадим. — Но я ему расскажу.

— Все я знаю, — раздраженно ответил я. — Первое правило клуба — никому не рассказывать о клубе. Второе правило клуба — никому не рассказывать о клубе, третье правило…

— Проходите, — кивнул амбал. — Только о клубе — никому!

Подземный ход, по которому мы пошли, был узким, сырым, сверху капала вода, до некрашеных кирпичных стен лучше было не дотрагиваться, чтобы на одежде не осталось пятен. Заканчивался тоннель еще одной железной дверью, которая оказалась тоже запертой изнутри и тоже открывшейся не сразу.

Дальше оказалось получше. В зале размером с волейбольную площадку на возвышении находился ринг, а вокруг стояли ряды стульев, сейчас, правда, пустовавшие.