— Пока, бабуль. Если ничего не придумаю, непременно передам через тебя. Интуиция подсказывает, что ты не подведешь.

— Никому в наше время верить нельзя, мне — можно! — улыбнулась бабушка.

— Безусловно! — шутливо поклонился я и вернулся в машину.

Нашелся господин угонщик. Хотя и не там, где я ожидал его встретить. Сидит в камере и сидеть будет долго. Белая горячка приговор не смягчит. Вопрос в том, хорошо для меня это или нет? Удастся ли в условиях тюрьмы на него надавить, потому что на добровольный рассказ о том, как все было, надежды нет.

Буду думать.

День, тем временем, заканчивался. Пора собираться на кладбище. Кстати, шутки шутками, а место оно небезопасное. И юные придурки по ночам собираются, в сатанистов играют, и из леса могут какие-нибудь твари на запах смерти прийти.

Могилы, судя по газетным сообщениям, постоянно раскапываются, но кто это делает, непонятно.

* * *

— Почему погиб Антон? — спросил Михаил Семенович.

Он и Алан (человек с перстнем), прогуливались по лесной дорожке и что-то обсуждали. Солнце клонилось к закату.

— Существо сумело снять ошейник. В тот момент его разум не контролировался другими способами, а Антон был неосторожен… Вот и результат… — развел руками Алан.

Михаил Семенович поморщился.

— Я знаю… правдоподобно… но мне все равно не верится. Чуйка, будь она неладна. Интуиция, другим языком. Объяснить не могу, что-то там было не так. Ладно, поговорим о другом. Правда, что вчера заснул один из тех, кто охранял Камень?

— Да, так и случилось.

— Изменить его немедленно!

— У нас сейчас не хватит реактивов… Мы не планировали столько Измененных… Да и не слишком ли жестоко? Хорошенько избить разве недостаточно? Человек с нами уже давно, от него много пользы. Он преданный нам.

— Если не можем изменить, тогда просто повесить его на поляне. Камень — это святыня. Если нам придется защищать его, мы должны будем отдать жизни… А этот… уснул в двух шагах от Камня! Нет, никакого прощения.

— Будет исполнено, — наклонил голову Алан.

Глава 19

Перед ночной прогулкой я решил заехать перекусить. Без еды все-таки нельзя.

Кафешка поблизости оказалась маленькой, но уютной. Много цветов и миниатюрных деревьев в кадках. Людей — никого, кроме меня и молоденькой парочки. Девчонка — стройненькая, симпатичная, с ямочками на щеках. Ей, наверное, и двадцати нет. Парень если и старше, то ненамного, хотя иногда смешно хмурился, пытаясь казаться солидней.

Счастливые-счастливые. Влюбленные — дальше некуда. Не отрывали друг от друга глаз. Пили кофе, ели мороженое, и было видно, что им не терпится заняться кое-чем другим.

Я начал смотреть в окно на темнеющую улицу. Зависть? Да, она. Почему кто-то может жить обычной человеческой жизнью, а мне достается другое. И вдвойне обидно от того, что ты в этом виноват сам.

Так что не жалуйся, а готовься к поездке на кладбище. Там тебе будет не одиноко среди теней и призраков.

Усмехнувшись, я скатал салфетку в шарик и бросил ее в урну. Она стояла далеко, но я попал.

Затем взял телефон.

— Снежана, как ты?

— Отлично! Лежу в ванной, отдыхаю после учебы. Как она мне надоела, не передать.

— Что надоело, ванна или учеба? — усмехнулся я.

— Конечно, учеба! — засмеялась Снежана. — В ванной мне очень хорошо. Вот, смотри.

Она переключила телефон на видеосвязь и поставила его перед собой.

Да, действительно, лежит в ванной с кусочком мыла в руке.

Грудь полностью над водой.