— Найдем хорошего. Это все? Тогда заберите ваши деньги. Ишь чего вздумали! — Следователь отшвырнул конверт, и Зинаида поспешно забрала деньги.

— Да, и вот еще что. Я передаю дело Марии Никитенко в суд. И если вы все-таки хотите другого адвоката — ищите сами. Только делать это нужно быстрее, — сообщил им следователь.

Анфиса села напротив него и стала упрашивать:

— Послушайте, гражданин следователь, неужели нет ну никакой, даже самой малейшей возможности не доводить дело до суда?

— Ну разве что только один шанс.

— Какой? — оживилась Зинаида.

— Если Борис Самойлов заберет свое заявление, — пояснил следователь.

— Если он это сделает, дело будет закрыто? — быстро уточнила Анфиса.

— Да.

— Спасибо огромное! — Анфиса улыбнулась следователю.

— Можно мне увидеть Машу? — попросила Зинаида.

— Не возражаю. Подождите, сейчас выпишу разрешение на свидание, — кивнул следователь.

Зинаида повернулась к Анфисе:

— Ты меня подождешь, пока я к Маше схожу?

— Да, конечно. Я в коридоре буду. — И Анфиса еще раз кокетливо улыбнулась следователю. — До свидания!

Зинаида поспешила в комнату свиданий. Она все еще не могла прийти в себя от пережитого позора, когда в комнату ввели Машу. Зинаида, с болью глядя на внучку, крепко обняла ее.

— Машенька, милая, как ты? — взволнованно спросила она.

Маша нашла в себе силы улыбнуться бабушке:

— Все хорошо. Не волнуйся. Я в порядке.

— Мы с Анфисой узнавали у следователя о твоем деле. Он сказал, что передает его в суд. — Зинаида говорила поспешно и уверенно, но по ее голосу было понятно, что делает она это, чтобы не расплакаться. — Мы будем искать адвоката, хорошего, дорогого, мы что-нибудь придумаем, ты не волнуйся…

— Я не волнуюсь. Я верю, что все это скоро закончится, — взяла ее за руку Маша. — Во всей этой ситуации меня волнует только одно.

— Что, детка? — тревожно отозвалась бабушка.

— Мне все равно, что будет со мной… Но мне очень важно, что обо мне думает Леша. Я очень боюсь, что он поверит в то, что я его убить хотела… — стала объяснять Маша.

Зинаида прервала ее:

— Глупости какие! Да ни один нормальный человек в это не поверит! Й потом, что это за мысли такие: «Все равно, что со мной будет»! Все будет хорошо!

Маша пристально посмотрела на нее и потребовала:

— Бабушка, поклянись, что сделаешь то, о чем я тебя сейчас попрошу.

— Не буду обещать, пока ты не скажешь, — заупрямилась Зинаида.

— Хорошо, я скажу. Но это очень для меня важно. — Маша замолчала, собираясь с мыслями. Потом решительно достала письмо: — Вот. Я написала Леше письмо. Я тут все рассказала, все, как есть. Что я невиновна, что это ошибка… Я прошу тебя, передай ему это.

Она пододвинула письмо бабушке, но та неожиданно решительно отодвинула его от себя и твердо отказалась:

— Нет. Я к нему не пойду.

Растерянная Маша с отчаянием смотрела на бабушку.

— Но почему?! Неужели это так трудно сделать?!

— Да, трудно! — угрюмо буркнула Зинаида.

— Я не понимаю тебя! Просто отнеси Леше письмо, и все! — умоляюще заглянула ей в глаза Маша.

— А я не понимаю тебя! Ты не должна унижаться! — возразила та. — Я к нему не пойду, и ты не должна оправдываться.