— Ты все правильно сделала, — успокоила ее Римма.

Маша с надеждой заглянула ей в лицо:

— Лева точно передаст ему письмо?

— Ну конечно! — кивнула Римма.

Я боюсь одного, он может и в это не поверить… Решит, что я пытаюсь оправдаться. Бабушка сказала: «Кто оправдывается, тот считает себя виноватым». Ведь, по идее, я не должна ничего объяснять. Я невиновна. Меня подставили. Я должна быть гордой, а я… — грустно махнула рукой Маша.

— Любой нормальный человек на твоем месте поступил бы так же. Не надо становиться жертвой, надо громко кричать на всех углах: «Я невиновна!» Может, кто-нибудь и услышит! — уверенно заявила Римма.

Но Маша печально покачала головой:

— Меня не волнует кто-нибудь. Мне важно только мнение Леши…

Неожиданно Римме пришла в голову блестящая идея, как снова натолкнуть Машу на тему «дара». Она предложила азартно:

— Слушай, а ты внуши ему! У тебя же дар! Он поддастся внушению и будет думать так, как тебе нужно.

— Я же говорила: я не умею, — устало отказалась Маша.

Но Римма не могла упустить такой шанс:

— Ничего, я тебя научу. Каждый дар нужно использовать, развивать. А у тебя способности даже сильнее, чем у меня. Знаешь, как приятно, когда у тебя получается использовать свой дар? Хочешь, я буду твоим наставником?

— Нет. Не хочу. Извини, — грустно отказалась Маша и отвернулась к стене.

— Зина, Зина, что же ты наделала… Зинаида не понимала его недовольства:

— Знаешь, что? Если бы «не я, ты бы так мусором зарос, что не дай Бог! Привык всякую дрянь хранить годами — так отвыкай! Со мной такие вещи не пройдут!

В палату заглянул врач, делая обход. Он подошел к Сан Санычу:

— Добрый день! Как вы себя чувствуете?

— Превосходно! Я совершенно здоров. Так что выписывайте меня, что я вам тут место занимаю зря? — попросил он, но врач покачал головой:

— Нет, слишком рано. У вас сотрясение мозга. А в вашем возрасте это опасно, лучше еще пару деньков полежать у нас. Да и куда вам торопиться?

— Нет, нет, спасибо, меня дома столько дел ждет, правда, Зин? Мне просто необходимо там быть! — И он умоляюще посмотрел на Зинаиду, ища ее поддержки. Та улыбнулась, думая про себя: «Эх ты, дурень…»

Врач строго посмотрел на Зинаиду:

— Я могу выписать Сан Саныча только под вашу ответственность. Вы готовы на себя ее взять?

Она только обреченно вздохнула:

— А что делать? Все равно Саныч здесь спокойно лежать не сможет. Схожу домой, возьму его вещи.

Сан Саныч торжествовал, счастливо улыбаясь. Вот дома он со всем и разберется.

Катя мчалась по залитой солнцем набережной, и в голове ее роились тысячи мыслей. Она обдумывала, как ей справиться с трудной задачей: ведь теперь необходимо сообщить маме о том, что она уходит жить к Леше. Катя, как всегда, была уверена в своей правоте. Быстрым, уверенным шагом она вошла в дом. Таисия, давно поджидавшая ее, вышла навстречу:

— Слава Богу. Где ты была так долго?

— Я была у Леши. — Катя гордо подняла голову.

— И что ты там делала? — поинтересовалась Таисия.

— А ты как думаешь? — резко спросила Катя. Мать строго осадила ее:

— Я тебя серьезно спрашиваю: зачем ты туда ходила?!

— Мы помирились с Лешей, — огорошила ее Катя.