Абу Джи Зарак, не мигая, смотрел на мерцающий огонь факела.

– Я понимаю ваши чувства, – вкрадчиво шептал гость, – бросить тех, с кем вместе проливал кровь, боролся с неверными, нес знамя Ислама.

Идейный предводитель талибов никак не реагировал. Казалось, он впал в транс.

– Эй, вы слышите меня? Мы не можем принять всех ваших людей. Кем-то придется пожертвовать. – Последние слова важный иранец проговорил так тихо, словно боялся, что своды пещеры сумеют запомнить их и эхом донесут до сподвижников Абу Джи Зарака.

– Меня полностью устраивает ваше предложение, – не отрывая взгляда от пламени, произнес старик и молитвенно пригладил седую бороду. – Я знал ваш ответ заранее и потому на большее не рассчитывал. Так вы согласны в обмен на гарантии получить исламские святыни?

– Естественно, но опасно бросать вооруженных людей, ваших соратников, кто-нибудь из них может попытаться впоследствии и отомстить.

– Я постараюсь сделать так, чтобы к моему уходу их осталось как можно меньше. – Седобородый старик вскинул руку. – Каждый погибший в борьбе с неверными, несмотря на все прежние грехи, попадает в рай.

– Значит, договорились? Вы и максимум десять приближенных.

– Договорились.

Мужчины ударили «по рукам». Так, будто сторговались на базаре. Теперь им оставалось только договориться о месте передачи исламских святынь, принадлежащих Казанскому музею. Абу Джи Зараку было из-за чего осторожничать: всякие перемены «чреваты». Того и смотри, бывшие соратники обманут, подставят. Но он надежно подстраховался: святыни передаст в самый последний момент, поближе к иранской границе; деньги он заблаговременно перевел на счета зарубежных банков. Ну и, конечно же, предводитель талибов предусмотрительно запасся комплектом документов, изобличавших Иран во всемирной поддержке движения талибов.

Прожженный политик – иранец, хоть и до этого был высокого мнения об Абу Джи Зараке, совсем его зауважал.

Недопитый шербет, фрукты, орехи и финики еще оставались в вазах и кувшинах. Подобревший от успешных переговоров предводитель талибов кое-что из угощения позволил мальчишке взять с собой, передать матери и другим пленникам.

Выходили хозяин и гость из пещеры – прямо-таки светились от счастья. Абу Джи Зарак довел важного иранца до самой машины. На прощание они по-восточному обнялись и облобызались.

– Значит, договорились?

– Не сомневайтесь, буду ждать вас и ваших людей в условленном месте в условное время. Не забудьте привезти с собой святыни. – Произнеся последнюю фразу, гость улыбнулся, давая понять, что это шутка.

Охранники быстро заняли места после того, как их хозяин сел в джип. Абу Джи Зарак стоял, глядя вслед пылящим по горной дороге машинам. Когда они скрылись за поворотом, он осмотрелся.

«Неужели я смогу оставить эти места через каких-то пару недель? – подумал полевой командир. – И все же будет жаль. Столько лет, родные места».

Когда иранские джипы растворились вдали, предводитель талибов устало вздохнул и неторопливо направился к пещерному городу.