– Вообще я была дружна с несколькими Избранными,– нехотя призналась Ли.

– С несколькими дюжинами? – подсказала Ита.– Ты уж не прибедняйся, родная, перед нами‑то какой смысл?

– Короче,– вмешался Эрик.– Наберется у вас четыре‑пять не полных бездарей?

– Запросто,– ответила Ита.– С тройным запасом!

– Не тебя спрашиваю.

Ли кивнула, храня непроницаемое лицо.

– Тогда все устраивается,– подвел черту Тигр.– У нас ровно двадцать машин. Из них в бой пойдут семнадцать. Значит, всех детей, раненых надо ухитриться втиснуть в оставшуюся тройку – на случай… На всякий случай. Собственно, я вовсе не уверен, что там безопасней, но хоть трясти будет меньше – нам‑то придется скакать по кочкам.

Затем он ухмыльнулся и прибавил:

– А сейчас прошу капитанов заняться своими командами. Хлопот еще выше крыши, а времени все меньше.

Предварительно согласовав все по ближней связи, они ненадолго сцепили “плавунцы” в подобие плавучей платформы, впрочем, не замедляя хода, чтобы наново распределить водителей и пассажиров. Заодно в царский вездеход переправили Виту, спасенную Горном, а также девочек Бура. Зато в машину старого Медведя, оказавшуюся “наездником” покойного Долгоноса, вернулась Ли – к немалому его удовольствию.

Затем началась обычная маета: разделение обязанностей, предварительный инструктаж, необходимые проверки. Без лишней суеты, с полным самообладанием Истинные готовиись к бою, одному из многих тысяч на протяжении огрской истории – не такой и долгой, если сравнивать с другими народами. Вот в драке у огров были прочные традиции, в этом с ними не мог сравниться никто.

Тем временем в другом месте, приближающемся к этому с каждой минутой, тоже кипела работа. Плавучий поселок завершил трансформацию в корабль и теперь неспешно пробирался меж деревьями, временами скрежеща бортами по стволам, однако не застревая,– Зия давно спланировала маршрут а кое‑где даже расчистила путь, чтобы не возникало задержек когда их наконец вынудят к срочному бегству. Несколько Барсов и пару Леопардов она отправила наверх – следовать впереди судна по лабиринту веток, где уже могли поджидать пластуны и откуда очень удобно гвоздить гребцов, защищенных лишь латами. Но в ее мысле‑облаке, расплывшемся далеко вокруг, пока не возникало узлов напряженности, указывавших на врагов. Даже не ощущалось опасного зверья, за время здешней жизни изгнанного ведьмой из Зачарованной Рощи. (Хотя на некоторых, самых упрямых тварей пришлось устраивать охоту.) Пока все проходило гладко, а таких подарков судьбы Кобра страшилась – слишком дорого приходится за них платить. Лучше получать неприятности умеренными дозами, чем угодить под обвал.

Затем вокруг стал сгущаться туман, постепенно затопляя деревья от макушек до воды и превращая предрассветную темень в полную непроглядность. Здесь пригодились бы “ночные глаза”, недавно придуманные озерниками, но у Зии, конечно, не было таких приборов. Как и у пластунов, слава богам,– то ли скользкие их приятели не спешили делиться последними достижениями, то ли сами кожедеры слишком гордились своим древним умением, привыкнув больше полагаться на слухе и гнушаясь любыми новомодными ухищрениями. Впрочем, у Кобры имелось кое‑что получше пластунских навыков – ее дар, еще развившийся тут из‑за опасностей чужой среды и постоянных упражнений. И сейчас она с легкостью проницала туман, направляя разведчиков к врагам, подкрадывающимся теперь отовсюду, нацеливая на них своих стрелков.

Плот продолжал без спешки, зато уверенно пробираться через рощу, сквозь редеющие деревья, изредка выступавшие из мглы в самой близи бревенчатых бортов, мокрых от брызг и выпавшей росы. Кроме пластунов, в мысле‑облаке Зиистали мелькать тени побледнее и, как правило, крупнее, знаменуя возвращение в рощу болотных тварей, и наверняка их привели с собой пластуны.