— Все построены, — почтительно доложил тессарий. — Ждем твоих указаний, мой командир!

— Воины великого Рима! — поднявшись на ноги, торжественно произнес оптий. — Сегодня, сейчас, я объявляю вам о том, о чем вы, несомненно, догадывались, но не смели спросить. Наш славный легат Гай Юлий Цезарь наконец-то отдал приказ отходить на зимние квартиры! Туда мы с вами и идем. Война закончилась, мои верные легионеры! Скоро, совсем скоро всех вас ждет отдых, развлечения и женщины. Ну и конечно, жалованье за три месяца! Легат приказал выплатить вам его незамедлительно, сразу же по приходу в Нарбо-Марциус.

— Слава великому Цезарю!!! — потрясая оружием, восторженно заорали легионеры.

Виталий слушал, пытаясь уложить все это в сознании. Итак, это «кино» про времена Юлия Цезаря, место действия — окрестности Нарбо Марциуса. Насколько он помнил, этот город, нынешняя Нарбонна, во времена Цезаря был столицей римской провинции, известной под издевательским прозвищем Галлия Браката — «Галлия в штанах». Существовала еще другая Галлия, предальпийская, называемая Галлия Тогата, то есть «Галлия в тоге»: ее завоевали еще в третьем веке до Рождества Христова, а жителей с тех пор успели воспитать в духе римской цивилизации и даже дать им гражданские права. А вот нарбонцы гражданами Рима еще не считались, и в их городах стояли римские гарнизоны. Впрочем, стояли давно и начали понемногу сливаться с местным населением, а некоторые молодые легионеры там же и родились. Кстати, Цезарь набрал в Галлии несколько легионов. Виталий ведь был не из тех «пехотинцев», которые из всей своей эпохи знают пару названий видов оружия, а какой хотя бы король в это время правил, сказать не могут.

Итак, Нарбонская «бракатая» Галлия считалась провинцией, но назначенный ее наместником Цезарь уже завоевал и другую Галлию — Галлию Комату, то есть «косматую». Для этого ему пришлось покорять северные племена, которые в 54 году восстали, и все началось сначала. Уж не сюда ли он, Виталий, попал?

— Слава нашему центуриону! — когда радостный гул стал затихать, подхалимски воскликнул сержант. — Слава!

— Я знал, что вам понравится эта новость, — довольно усмехнулся оптий. — Хотя для многих это и не новость вовсе. Судя по вашим радостным мордам, вы догадывались, куда идем, а?

— Слава центуриону!

— Слава!!!

— Ладно, хватит! — Марк Сульпиций махнул рукой и перевел взгляд на тоскливо стоявшего невдалеке беглеца. — Теперь предлагайте, что делать с этим парнем? Предлагайте не мне, а вот этому юному воину! Подойди, велит.

Из строя смущенно вышел Юний — с распухшим ухом, с синяком. Среди легионеров прошелестел смешок.

— Нечего смеяться. — Однако сам командир, вновь усаживаясь на бревно, не смог сдержать усмешку. — Право, Юний — неплохой воин, да и батюшка его — давний клиент нашей семьи. Правда ведь?

— Славному семейству Прокулов мы обязаны всем. — Юноша поклонился.

— Рад, что ты это помнишь. — Оптий кивнул и посмотрел на остальных воинов. — Сегодня велит оплошал — упустил беглеца…

В строю прокатился осуждающий ропот, кто-то выкрикнул обидные насмешки, кто-то выругался.

— Упустил, но сам же в конце концов и поймал, можно сказать. Если бы велиты не вступили с беглецом в схватку, если бы Юний не продержался так долго… Короче, этого строптивого пленника я дарю велиту Квинту Юнию! Вы, мои славные воины, придумаете подходящую казнь, а Юний… — Тут оптий сверкнул глазами и прищурился. — Юний приведет приговор в исполнение! Молодым надо закалять сердца!

Несколько секунд легионеры молчали.