|
- Здравствуйте! - приветствовал он Федота, касаясь смуглыми пальцами полей черной шляпы. - Здравствуй! - выжидательно процедил Федот, прищуря калмыцкие глаза. - Вы откуда? - С хутора, не тутошний. - А с какого будете хутора? - С Татарского. Чужой человек достал из бокового кармана серебряный, с лодочкой на крышке, портсигар; угощая Федота папироской, продолжал расспросы: - Большой ваш хутор? - Спасибочки, покурил. Хутор-то наш? Здоровый хутор. Никак, дворов триста. - Церковь есть? - А как же, есть. - Кузнецы есть? - Ковали, то есть? Есть и ковали. - А при мельнице слесарная имеется? Федот взвожжал занудившегося коня, неприязненно оглядел черную шляпу и на крупном белом лице морщины, втыкавшиеся в короткую черную бороду. - Вам чего надо-то? - А я в ваш хутор переезжаю жить. Сейчас вот был у станичного атамана. Вы порожняком едете? - Порожнем. - Заберете меня? Только я не один, жена со мной да два сундука пудов на восемь. - Забрать можно. Сладившись за два целковых, Федот заехал к Фроське-бубличнице, у которой стоял на квартире подрядивший его, усадил щупленькую белобрысую женщину, поставил в задок повозки окованные сундуки. Выехали из станицы. Федот, причмокивая, помахивал на своего маштака волосяными вожжами, вертел угловатой, с плоским затылком головой: его бороло любопытство. Пассажиры его скромненько сидели позади, молчали. Федот сначала попросил закурить, а потом уже спросил: - Вы откель же прибываете в наш хутор? - Из Ростова. - Тамошний рожак? - Как вы говорите? - Спрашиваю: родом откеда? - А-а, да-да, тамошний, ростовский. Федот, поднимая бронзовые скулы, вгляделся в далекие заросли степного бурьяна: Гетманский шлях тянулся на изволок, и на гребне, в коричневом бурьянном сухостое, в полверсте от дороги калмыцкий, наметанно-зоркий глаз Федота различил чуть приметно двигавшиеся головки дроф. - Ружьишка нету, а то б заехали на дудаков. Вот они ходют... - вздохнул, указывая пальцем. - Не вижу, - сознался пассажир, подслепо моргая. Федот проводил глазами спускавшихся в балку дроф и повернулся лицом к седокам. Пассажир был среднего роста, худощав, близко поставленные к мясистой переносице глаза светлели хитрецой. Разговаривая, он часто улыбался. Жена его, закутавшись в вязаный платок, дремала. Лица ее Федот не разглядел. - По какой же надобности едете в наш хутор на жительство? - Я слесарь, хочу мастерскую открыть. Столярничаю. Федот недоверчиво оглядел его крупные руки, и пассажир, уловив этот взгляд, добавил: - К тому же я являюсь агентом от компании "Зингер" по распространению швейных машин. - Чей же вы будете по прозвищу? - поинтересовался Федот. |
