— Я хочу на тебе жениться.

— Ва-ва-ва! А как же насчет «подождем до девятнадцати»? Я думала, это просто свидание!

— Я не имею в виду прямо сейчас. Я не хочу торопить тебя.

— Ну, не знаю… Говорить о женитьбе на первом свидании, и это называется «не тороплю»!

Натан поморщился.

— Прости, наверное, это так выглядит. Но это только потому, что дом просто замечательный. Зять показал мнеего. Комнаты такие большие и солнечные, дерево везде натуральное, в гостиной великолепный камин, а за домом — чудесный садик для детей.

Для детей?

Видимо, по лицу Тинкер было видно, что она в шоке. Натан рассмеялся.

— Всего через одиннадцать месяцев тебе будет девятнадцать. Меньше чем через два года — двадцать. — Казалось, Натан пытается убедить сам себя. — Мы должны смотреть вперед. Конечно, есть много других домов. Но большинство из них пустуют по многу лет. В них текут трубы, выбиты окна, нужно менять крышу. А этот дом — просто конфетка.

— Натан, я не шутила, когда говорила, что мы должны какое-то время «повстречаться». Нам нужно понять, любим ли мы друг друга больше, чем просто друзья. Я не знаю, хочу ли я за тебя замуж.

Это задело его, но он быстро скрыл обиду и извинился:

— Прости меня, Тинк. Мне не следовало тебя торопить. В конце концов, это я сам хотел отложить до девятнадцати лет.

— Ну да. — Тинкер решительно покачала головой и опустила глаза. Ее смутило, что ей вдруг так страстно захотелось «отложить». — Это из-за моей отметины? Ты торопишься, потому что Ветроволк взял меня в свою семью?

— Это никак не связано с этим, — буркнул Натан так мрачно, что она сразу поняла: с этим-то все и связано!

— Ой, Натан, ты что! Он же вице-король! Он богат, у него в руках власть, он может заполучить любую женщину или эльфийку, какую захочет.

— Вот именно.

— Да ты посмотри на меня!

— Ты красивая.

— Но только не в сравнении с эльфийками из высоких каст. Ты ведь их видел. Когда такая идет по улице, любой останавливается и смотрит ей вслед, пока она не скроется из виду!

— А может, он охоч как раз до земных женщин, — предположил Натан.

Эта мысль привела Тинкер в бешеный восторг, ее душа рванулась ввысь, словно кто-то швырнул ее через гиперпространство за миллиарды миль отсюда. Усилием воли она попыталась вернуться к реальности и не думать о тех «деликатных мероприятиях», предвестником которых могла быть жаровня.

— Я спасла его от смерти, причем дважды. Он чувствует себя обязанным. Я сирота. Он эльф. Он почти в девять раз старше меня. Он, наверное, испытывает ко мне отцовские чувства.

— Это не имеет никакого отношения к Ветроволку. — Натан взял ее за руку. — Я просто подумал, вот и все. Ты совершеннолетняя. Настоящей причины откладывать нет.

Сравнив себя только что с эльфийскими женщинами, Тинкер почувствовала укол сострадания к Натану и вину перед ним. Ну как он может соревноваться за ее внимание, если одна только мысль о Ветроволке сводит ее с ума? Едва Натан заговорил о женитьбе, ее интерес к нему пропал. Но все, что касалось Ветроволка, от его мыслей до его возможных пристрастий, вызывало в ней необыкновенную бурю эмоций.

Натан ждал ответа, а Тинкер не знала, что ему сказать. Не найдя ничего лучшего, поднялась со словами: «Мне надо в туалет».

Натан отпустил ее руку, и она сбежала. Ну зачем ему понадобилось так давить на нее? Почему он не стал ждать, пока она привыкнет к этой идее? А эта сцена на парковочной площадке? Он что, снова будет к ней приставать, когда они окажутся вместе в машине? И он думает, что сегодня ночью они займутся сексом?

Ей вдруг ужасно захотелось домой, в постель.