Здесь все было просто: миновать первый шлюз, пройти очистку, снять скафандр. Оставить его в буферной зоне, перейти на следующий уровень, в крохотную комнатку, где дожидается капсула.

Из курса истории Рина знала, что первыми дронами люди управляли с помощью пультов. Капсула, по сути, была наследием этих пультов — достаточно совершенным, чтобы исследовать космос. Погружение в нее позволяло полностью отстраниться от внешнего мира, сосредоточиться на машине, как будто слиться с ней. Когда Рина была внутри, она видела только то, что снимали камеры, слышала все звуки, улавливаемые микрофонами. Иногда ей даже казалось, что она чувствует то же, что и дрон, но это, конечно, было игрой воображения — дрон не чувствовал ничего, это уже человеческий разум рвался раскрасить все привычными красками.

Погрузиться в капсулу оказалось неожиданно приятно — Рина будто возвращала себе хотя бы видимость контроля после величия космоса, на фоне которого она терялась, становилась не песчинкой даже, а… ничем. На ледяных равнинах Европы она была способна только выжить, да и то с трудом, здесь она могла действовать.

Рина почувствовала, как поверхность капсулы подстраивается, считывает анатомические особенности пилота. Вернулась на место крышка, обеспечивающая герметичность. Рина закрыла глаза, сосредоточилась на дыхании, так учили на курсах. Открыть глаза она решилась, лишь когда услышала знакомый щелчок — и сразу обнаружила себя в совершенно другом мире.

Она находилась уже не в капсуле, не в рабочем модуле. Она оказалась в темноте, но темнота эта долго не продержалась: она быстро сдавалась сероватому свету Европы, проникающему внутрь контейнера, где и хранился дрон. Рина полностью сосредоточилась на нем, из-за этого казалось, что ее тела попросту не существует, а ее сознание перенеслось в машину.

Дверца открылась, выпуская робота из хранилища. Рине достался Телхи́н — один из трех дронов, приписанных к этой миссии. Основной для нее, так же как для Тао основным станет дрон Андромеда. Вон он, уже появился возле соседнего модуля…

Все дроны из группы «Марий» выглядели примерно одинаково, у новых и старых моделей отличалось только внутреннее наполнение. А так они напоминали шестиногих зверей размером примерно с земного льва — по крайней мере, издалека. Присмотревшись внимательней, можно было разглядеть, что вместо ног у них гибкие металлические манипуляторы, завершавшиеся предельно точной копией человеческой кисти. При обычном перемещении использовались четыре крайних манипулятора, средняя же пара покоилась в сложенном виде на спине и предназначалась для особых операций. Голова дрона представляла собой скопление сложного оборудования: камеры, микрофоны, датчики движения и температуры, антенны… Да много что! В туловище размещались элементы питания и движения, был и небольшой отсек для сбора образцов. Оружием как таковым дроны не обладали, это слишком сильно увеличило бы вес и нагрузку на систему питания. Но могли ударить током, могли использовать для обороны острые крючья, при необходимости появлявшиеся на манипуляторах. Это в условиях, где оборона вообще требовалась, пока не было никаких оснований предполагать, что на Европе есть источники опасности.

По поверхности дроны перемещались быстро и ловко. Теперь Рина видела почти то же, что видела совсем недавно своими глазами… Даже больше, ее ведь не ограничивал шлем! И не было тяжести, не было усталости… Это завораживало, и сейчас она как никогда понимала, почему Илья не мог отказаться от своей работы.

Мысли об Илье отрезвили, стряхнули наваждение. Она здесь не для того, чтобы поражаться возможности путешествовать по другой планете в чужом теле. Она должна выполнить работу — и узнать все, что можно, о судьбе мужа.