|
Как вы могли убедиться сами, в районе Планальто его плотность особенно высока. С этого момента он стал действовать наобум. Ему следовало использовать генератор и попасть в 1978 год прямо в тюрьме или где‑то неподалеку от нее. Далее предстояло добраться оттуда до Дженикс Корпорейшен в Миннеаполисе. Вместо этого он отправился в Вашингтон, причем оказался там спустя несколько месяцев. Что с ним произошло в эти потерянные месяцы, я не знаю. Утром, когда я заговорил с ним об этом, он отвечал совершенно бессвязно. Могу лишь предполагать, что некоторое время он блуждал в джунглях, прежде чем наткнулся на аванпост цивилизации, откуда продолжил путь в Америку.
– В Вашингтоне он познакомился с Эстаурдом. – Теперь попытайтесь вообразить что представляли собой эти два человека во время встречи. Масгроув обычно решителен, но поражающее действие газа беспорядков может затянуться на недели. Значительный период времени он был в джунглях один в исключительно неприятном окружении. Вполне можно допустить, что к моменту знакомства с Эстаурдом он уже страдал острой формой шизофрении. – Эстаурд, с другой стороны, судя по вашему описанию, был параноиком. Никаких психических предубеждений, держался за непривлекательную работу в Вашингтоне и, вероятно, не пользовался расположением коллег. Его брак развалился. Такие люди часто страдают маниями, на которых и коренится паранойное поведение, и Эстаурд не был исключением. – Он уже был привлечен американским правительством к изучению нашего поля смещения посреди бразильских джунглей и Масгроуву ничего не оставалось, как вступить с ним в контакт. – Эстаурд подавлял помпезной самоотверженностью и несчастный Масгроув, по‑прежнему страдавший от действия газа беспорядков, попал под его влияние. – Далее этим шоу командовал Эстаурд.
* * *
– При первой встрече Масгроув произвел на меня большее впечатление, но Эстаурд доминировал. Теперь понятно почему, – сказал Уэнтик. – Невероятным выглядит то, – сказал Джексон, – что когда вы познакомились с Эстаурдом, он еще не подвергался действию газа беспорядков, но его дальнейшее поведение, судя по вашему описанию, не претерпело никаких изменений до самой смерти. – С остальной частью этой истории вы знакомы. Эстаурд подергал за веревочки и организовал нечто вроде крохотной личной армии. Забирая вас в тюрьму, он надеялся изучить феномен, который обязан был объяснить Вашингтону, а заодно могла быть выполнена и миссия Масгроува, суть которой тот в общих чертах растолковал Эстаурду. – Тогда‑то и возникло третье непредвиденное обстоятельство. Воздействие газа беспорядков на Эстаурда и его людей. – Эстаурд чувствовал, что должен добиться власти над вами; синдром беспорядков придал этому желанию определенность и начались допросы. Люди были вынуждены исполнять команды Эстаурда и превратились в его настоящих рабов. Сам Эстаурд, не сомневавшийся, что вы каким‑то образом стоите за всем происходившим, клял вас за новые затруднения и пытался настроить против вас людей. Масгроув, безнадежно растерявшийся, прятался в камерах. – Вы, сохраняя здравомыслие и приверженность логике, были дезориентированы происходившим и могли лишь наблюдать. Уэнтик сказал: – Эстаурд понимал, что все, кроме меня, испытывают то, что он называл буйными фантазиями. – Похоже, у вас есть иммунитет против газа беспорядков. Можете ли объяснить почему? – По‑настоящему, нет, – ответил Уэнтик. – Разве что те небольшие дозы, что я принимал на станции, как‑то укрепили сопротивляемость организма. Приходилось ли вам наблюдать иммунитет у людей, которые подвергались действию газа более одного раза? Джексон отрицательно покачал головой. |
