Молча опустился в кресло, привычно откинулся на спинку, рискованно покачиваясь взад-вперед.

Небрежно швырнул на стол крохотный аппарат мобильного телефона.

— Плохи дела, Сережа?

— Хуже не бывает.

— Так говорить нельзя.

— Нет уж! Так говорить нужно. Я не страус.

— И что же теперь?

— Слушай, Поленька. Оставаться здесь я больше не могу. Ордер на мой арест подписан.

— Это безумие! Ты не преступник.

— Про то поговорим лет через пять — семь. Когда все уляжется. Сейчас не время. И так дотянул до последнего. Словом, завтра меня здесь не будет. Воссоединюсь наконец с семьей. Тебя не тронут. Я проверил.

— Не обо мне речь.

— Именно о тебе. Бояться тебе нечего, но и оставаться здесь — тоже не резон. Как насчет того, чтобы составить нам компанию?

— Нам?

— У меня дети, Полина.

— Я знаю. И потому — нет, Сережа.

— Это из-за нее?

— Нет. Я не вижу себя там. Вообще — не вижу. Было бы у тебя дело, позвал бы — пошла не раздумывая. Работать с тобой люблю и умею. А так — просто сидеть рядом? До кучи, что называется? Нет, не смогу.

— А здесь?

— Займусь наконец психологией.

— Уверена?

— Убеждена.

— Что ж, вольному — воля. Багаж наконец появился.

По черной ленте транспортера медленно плыли пухлые спортивные сумки, аккуратные чемоданы, громоздкие коробки, и даже пестренькая детская коляска, вынырнув из люка, присоединилась к общему потоку.

Поклажи у Полины было немного — коляска катилась легко.

Таможенники — не в пример эмиграционному контролю! — не удостоили ее даже взглядом.

Через несколько секунд, миновав легкие автоматические двери, Полина оказалась лицом к лицу с плотной толпой встречающих.

Потапова она увидела сразу.

Светлые волосы, белые — выгоревшие на солнце — брови и ресницы, шоколадный в черноту загар. Ни дать ни взять — представитель колониального мира, не хватало только пробкового шлема и длинных — чуть ниже колен — шорт цвета хаки.

Впрочем, шорты сейчас были бы явно неуместны — в Лондоне, судя по всему, прохладно. На Потапове — длинный плащ на теплой клетчатой подкладке.

Они обнялись.

Разговор — как всегда после долгой разлуки — не клеился. Сплошь — суетные вопросы без ответов Да пугливые междометия. Уже на улице она наконец поинтересовалась:

— Куда мы сейчас?

— На твое усмотрение. Хочешь — в отель. На всякий случай я снял номер в «Hilton» на Park Lane — Можно — сразу в имение моего партнера. Там для тебя приготовлена комната. Это примерно час отсюда.

— Мне все равно.

— Тогда давай к Тони.

— Его зовут Тони?

— Энтони. Энтони Джулиан. Лорд Джулиан, между прочим.

— И какое же у вас с лордом дело?

— Ну, поскольку ты уже прилетела, следует, наверное, сказать, какое у нас дело.

— Допустим. Так какое у нас дело?

— Мы строим новый «Титаник». А потом отправляем его в плавание.

— Прекрасно. И кем же — на новом «Титанике» — ты видишь меня? Помощником капитана?

— Нет. Ты будешь соруководить службой безопасности всей компании.

— «Со» — значит, кто-то ею уже руководит?

— Именно. У тебя очень колоритный коллега. Настоящий американский шпион.