|
И с лихвой! Стальные листы промялись, заклепки не выдержали. Вода хлынула во множество отверстий вдоль корпуса. Понятно, да? Она залила сразу несколько отсеков. Он никак не мог остаться на плаву. Это доказано. Однако долго никто не мог взять в толк, почему лед так легко справился с металлом? Орешек раскусили, между прочим, благодаря вашим парням. В девяносто первом русские аппараты достали со дна несколько металлических частей. Их исследовали в Бэдфорде. И что же? Слишком много серы — она делает металл хрупким. Только и всего.
— И в свете этого… — Да, в свете этого, возможно, вы и правы, мистер Мур «White Star» спешила. К тому же приходилось экономить «Титаник» обходился в копеечку. Возможно, они чего-то не заметили. Возможно — решили закрыть глаза. Возможно, кто-то просто нагрел на этом руки. — Бог мой! Банальная корысть или — того проще — халатность! И пожалуйте — катастрофа, которой нет равных! — Нет! Тысячу раз — нет! Ничего не хочу об этом слышать! Вы, господа, приземляете — да что там приземляете! — вы губите нашу идею. На корню. Неужели не ясно? Вы лишаете ее романтизма, тайны, мистики — и значит, привлекательности! Кому интересен лайнер, потонувший из-за технической ошибки?! Инженерной — или металлургической, один черт! — погрешности?! Да никому. В двадцатом веке таких ошибок было не счесть. Нет равных? Вы погорячились. Серж. Или забыли историю собственной страны. А Чернобыль? Ха-ха! Что такое полторы тысячи утопленников по сравнению с той тучей народа, которую отравил ваш мирный атом? — Тогда уж давайте посчитаем, сколько народа ухлопали наши «миротворцы». — Бросьте, Стив! Зря стараетесь! Ваш пацифизм хорошо известен. И потом — я вовсе не нападаю на Сергея Просто хочу, чтобы он и все прочие усвоили как дважды два — успех нашего проекта заключен исключительно в тайне «Титаника». — Как жизнь Кощея — в утином яйце. — Это еще что такое? — Это сказка. Занимательная русская сказка. — Хорошо, Стив, вы расскажете мне ее как-нибудь на досуге. А пока я хочу слышать только сказки «Титаника» И чем больше сказок — тем лучше. — С этим проблем не будет, сэр. Я уже говорил вам… — Помню, Чарли. Но другие тоже любят сказки. Черт возьми, все нормальные люди любят сказки! Вы, Чарльз, (будете нашей Шехерезадой. — Нет, дело не в сказках. Людей привлекают тайны. Сказки же, наоборот, объясняют множество тайн. На свой, разумеется, сказочный лад. Кощей был бессмертен, потому что жизнь его хранилась в утином яйце… И нет больше тайны Кощея! — И чего же тогда мы хотим от Чарли? — Тайны. А вернее — тайн. Вот, к примеру, Чарльз, скажите, что для вас самое непостижимое в истории «Титаника»? Самое таинственное? Самое жуткое? — Предчувствия, мэм. — Предчувствия? — Да. Или прямые предупреждения. Известна, например, такая история. Жена промышленника Вуда получила накануне отплытия анонимное письмо. В нем говорилось: «Если не хотите терять мужа, отговорите его от путешествия». Она его отговорила. Вуд остался жив. — Этой истории можно найти сколько угодно объяснений. В письме сказано было именно так: «терять мужа»? — Именно так, мистер Мур. — Из этого вовсе не следует, что речь шла о его смерти. Возможно, достопочтенный промышленник Вуд собирался в морской круиз с дамой сердца. Чем не потеря для жены? — Возможно, сэр. Но, помимо Вуда, еще пятнадцать известных всему миру магнатов неожиданно отказались от путешествия на «Титанике». |
