Уже в саду Эби выдохнула. Матерно.

Это было серьезно. Если с Вовкой так-сяк, но, в принципе, так… то тут… Там были брачные игры, а вот тут… Вылетаешь из обоймы если что. И хорошо если не в овраг вверх колёсами. ТАКИЕ разговоры за кулисами очень чреваты. Пан или пропал.

Нравился ли ей Сашка?

Мелкий совсем. Озорной. Но Вовка да, не вытянет Империю. Ей придётся самой тянуть державу, а она для элит никто. Шотландия какая-то. Бог знает где и бог знает что…

А что она? Наследница Шотландского Престола. Но что такое Великая Шотландия по сравнению гигантской Террой Единства? Париж стоит мессы, как говорится. Но одно дело шептать ночью императору на ушко, а другое лично самой Террой править… Даст Бог, после войны.

Тем более если большая война. Какая и где – неизвестно. Но не суть. К войне идёт подготовка. Армия, экономика, наука, настроения в обществе. Луна. Эби всё это видела и чувствовала. Терра ждала объединения. Нужен лишь повод. А, может, и не нужен.

С другой стороны, можно и поиграть. Короны Терры Единства или Корона Великой Шотландии. Каким-то элитам понравится такая идея, каким-то нет. Надо считать. Она ведь не дура, считать при Дворе научили.

* * *

Терра Единства. Россия. Северная Америка. Форт-Росская губерния. Ангелград. 18 декабря 2017 года

– А кто будет жульничать, получит по хитрой рыжей морде, как сказал медведь в анекдоте.

– А когда это я жульничала?

– Всегда.

– И сегодня?

– Ада Генриховна, ходи давай.

Девочка съёрничала:

– Ходю-даю, Андрей Андреевич…

Рыжая Ада подбросила карту на стол.

– Ваш ход, нетерпеливый сударь. А то я вас продам в поликлинику на органы.

Нет, на раздевание они не играли. Но игра была достаточно пикантной для двенадцати лет. «Поцелуйчики» были просто детской шалостью. А они уже почти взрослые!

Вбежал Васька Пантелеймонов:

– Шухер! Хозяин прибыл!

Едва успели убрать карты со стола, появилась администраторша.

– Итак, парни и девицы, встаём и топаем в зал собраний. Через четверть часа начинаем…

…Четверть часа спустя.

– Итак, молодые люди. Кто меня не знает – я Валерий Владимирович Губернёв. Я тут Папа. Я, как и вы – сирота. Мой приёмный отец – Владимир Францевич Губернёв. Купец первой гильдии. Своих родителей я не помню. Умерли они в пандемию 1968 года. Приметил отец меня и оформил опекунство, а потом усыновил. Тогда я был белобрысым сорванцом, а сейчас стал просто седым. Срочку отслужил на Тихоокеанском флоте в четвертой эскадре. Перед своей кончиной по болезни разделил своё наследство отец между всеми детьми. Я взял деньгами, оставив остальным всё хозяйство и имущество. Прибыл я сюда, в Форт-Росскую губернию. Тогда тут, после Глобальной и гражданских войн, была дикая местность. Живые разбежались, ну, а не живые… Ладно, не о том я. Зачем я вас собрал? Я хочу дать вам шанс. Мне не посчастливилось учиться в Звёздном. Рылом не вышел. Шутка. Устав Лицея запрещает принимать без Именного Повеления детей, чьи родители не погибли за Отечество. Мои умерли просто от пандемии. Ладно, царствие им небесное, я опять не туда. Образования мне не хватает, вот и носит мыслями туда-сюда. Что я говорил?

Ада подняла руку.

– Валерий Владимирович, вы говорили о шансе.

– Да, спасибо.

Васька шепнул Аде:

– Всё он помнит. Дурака валяет. С его-то миллионами.

Аделаида шепнула в ответ.

– Я не совсем дура.