Но чай допить он точно успеет.

* * *

Черное море. Линкор «Императрица Мария Викторовна». 9 сентября 2015 года

«Императрица Мария Викторовна» отработала по Мелласу всеми штатными и особыми средствами поражения.

Остается только ждать.

* * *

Терра Единства. Россия. Крым. Меллас. Резервный пункт Стратегического Командования. 9 сентября 2015 года

– Ваше Величество! Срочная эвакуация! Множественные цели!

– Какого…

Договорить он не успел. Термоядерный гриб уже вспух за его спиной…

* * *

Терра Единства. Ромея. Константинополь. Малый Императорский дворец. 9 сентября 2015 года

– Динка, быстрее просыпайся! Быстрее!!!

Она, всполошившись, встает в постели.

– Что? Что случилось?

– Я не знаю! Термоядерный удар по Крыму! Бегом в убежище!

– Чёрт! Дай хоть халат накину!

– Быстрее!

У дверей топтались взволнованные телохранители…

* * *

Терра Единства. Ромея. Константинополь. Малый Императорский дворец. Противоядерное убежище. 9 сентября 2015 года.

– Кто это мог быть?

Пожимаю плечами.

– Все могли. Ждём.

Со времён Глобальной войны ядерное оружие не применялось ни разу. А тут такое – почти сердце Империи. Меллас. Резервный пункт стратегического командования. Прикрытый чуть ли не как сам Остров. Там столько систем и слоёв обороны, что трудно представить, что условная Швейцария могла бы нанести туда удар.

И система была прорвана. Чего быть не могло.

Из чего можно сделать нехорошие выводы. Особенно с учётом всей ситуации.

Системы обороны были подавлены. Или отключены.

* * *

Терра Единства. Ромея. Константинополь. Малый Императорский дворец. 10 сентября 2015 года

Несостоявшийся Михаил Третий погиб. Следствие устанавливает причины трагедии.

Мария Первая умерла. Тут всё ясно.

Не добавить и не убавить.

Понятно, что объявили траур на целую неделю. Заупокойные службы в храмах всех конфессий и верований. Толпы молящихся за упокой её и его души.

Но Империя окончательно зависла в ожидании.

* * *

Терра Единства. Россия. Санкт-Петербург. Дворцовый мост. 13 сентября 2015 года

Мы шли за гробом. Точнее, за тремя. Второй, понятно, был просто с пеплом (что найдешь на пепелище термоядерного взрыва?), но в Великокняжеской усыпальнице для пустого по факту гроба тоже было подготовлено место. Честь к Чести. Традиция.

Как и третий гроб. Великая княгиня Мария Ивановна, убитая в ссоре своим высокородным мужем. Ляжет с могилу рядом с ним. Как говорится, и в здравии…

Идём по мосту.

Впереди, конечно, Вовка.

Мы в толпе позади. Понятно, что в элитной толпе, но в толпе. А мы с Диной и не рвались в первые ряды и на первые роли. Но Державные похороны в Петропавловской крепости Августейшей Особы – это святое. Красивая белая мраморная плита. Там недалеко, в храме, лежит под такой же плитой моё бренное тело.

Парадокс.

Я тут иду на могилу сам к себе. Это даже хуже, чем тебя по ошибке объявили погибшим и похоронили с почестями, а ты потом пришёл к «себе» на могилу, где написаны мои имя и фамилия. Чувства, может, и схожие, но абсолютно другие.

Он прожил мою жизнь, как надо. Как должно было быть. Ярко. Создал Великое. Я бы так не сумел. И когда я стою над его/своей могилой, я теряюсь в смеси чувств и пониманий. Почему он смог? Почему я не смог? Я там, под белой плитой или я тут? Смогу ли быть таким? Или нужно быть другим? Иным? В чём гримаса Истории и Воля Бога?

Диана сжала мою руку.