— Да тоже хрен поймёшь, — неопределённо ответил Свадков. — Техника на автономке, вся в рабочем состоянии. Не знаю, если муравьям задачу поставить, может, они её и восстановят. Но мы не пробовали. Пусть пока в схроне стоит — целее будет.

— А что за схрон?

— Да пещера та, в которую вы с Семецким лазали, — ответил Короб.

— Не самое лучшее место, — покачал головой я. — Нужно будет перепрятать.

— Это уже детали, — отмахнулся капитан. — Ты сам-то что по всей этой пурге думаешь?

— Да херня какая-то, — честно ответил я. — Много чего не вяжется. Вот, к примеру: ты помнишь, что на ковчеге был? Или как на него попал? Какие у тебя вообще последние воспоминания о Земле?

— Нет, — без запинки произнёс Коробков. — Помню только, как договор подписываю, а затем сразу момент посадки.

— Вы ходить заново учились? — уточнил я.

— И не только ходить, — усмехнулся капитан. — Первые дни вообще всё очень жёстко было. Мы когда из капсул сна выбрались…

— Это были капсулы совсем для другого.

— Гонишь.

— Нет. Семецкий рассказал, что все мы летели сюда в виде биоматериала. Мы — клоны людей, с их воспоминаниями о прошлой жизни.

— Пиздец, — выдохнул Свадков.

— И я пока не могу понять, с какой целью мы здесь. — Я проигнорировал эмоциональное замечание прапорщика. — На колонизацию это мало похоже. На спасение последних выживших — тоже. Я думаю, нас попросту выкинули с планеты, как ненужный мусор.

— А эти что говорят? — Капитан кивнул на дверь, намекая на новый поток переселенцев.

— Ничего, — развёл руками я. — Увиливают от прямого ответа. Но со всем этим дерьмом что-то не так. Они называют местных мутантов деградантами.

— И что?

— А то, что так их называл местный компьютер.

— И что? — чуть более настойчиво повторил вопрос Коробков.

— Да странно всё это. Откуда они могли об этом знать, если ещё месяц назад были мутными каплями в пробирках? Опять же, их техника… Ты когда-нибудь выдел у нас такие самолёты?

— Вот про технику я первым делом спросил, — тут же ощерился капитан. — Оружие тоже сильно от нашего отличается.

— И что тебе ответили?

— Что это последние разработки.

— Последние на какой момент?

— Тень, иди на хер, — огрызнулся Коробков. — Я тебе что, следователь? Работают они примерно так же, как наши, только по форме чуть другие и батарейка сверху ставится. Ну не вникал я, да и правды никто не скажет. Ты к чему вообще ведёшь?

— Я думаю, что это не наши люди, не с Земли.

— Иди ты⁈ — выпучил глаза Свадков. — Хочешь сказать, это те, кто жил здесь раньше?

— Скорее всего, — кивнул я. — Слишком много они знают о технологиях предков. Ты читал план внедрения агентов?

— А как же. Но там, честно говоря…

— Вот именно. Наши особисты такую пургу даже рассматривать бы не стали.

— А что там? — поинтересовался Свадков. — Я не читал. Не успел ещё.

— Нас изгоняют из поселения, и мы прямой наводкой идём к деградантам, где рассказываем о несправедливом отношении. Жалуемся на тотальный режим и ещё какую-то чушь, после чего нас с удовольствием обратят в другую веру и примут в тёплые объятия.

— М-дэ, — буркнул прапорщик и с хрустом почесал щетину. — Детский сад.

— О том и речь, — поморщился я. — Такое чувство, что они его составляли, исходя из прошлого опыта.

— Ладно, срать на них, — подытожил Коробков.