Дежурный струсил.

— У меня по графику! Честь по чести! Сейчас вы уходите, а я сразу после вас!

— Я не о том! — начальник отделения отмахнулся. — Ты уйдешь, а кого я за тебя поставлю? Думал?

— Начальника линпоста!

— Он бы рад! — Созинов засмеялся. — Отдежурил — и трое суток ничего не делай! Не

пойдет! А кого? Подумай… Его же и поставим! Виталия! Он и на дежурстве, и с бумагами будет разбираться! С перепиской…

— Правильно… — признал дежурный. Руководство отделением было делом тонким, даже отдавало элементами макиавеллизма.

— А теперь с другой стороны возьмем… Разве на тебя самого не жалуются? Хоть бы твоя жена! А? Сколько раз мне звонила! — Подполковник помолчал. — И опять тебя на днях видели снова у Любки…

— Какой еще Любки?

— У нас одна! Из гостиницы! Видели тебя пьяного вдребодан. Машину останавливал в нетрезвом виде — в Ветлужский ездили за водкой…

— Уж и вдребодан!

— А тебе уж сколько годков?

Дежурный вздохнул.

— Сорок два будет…

— Вот видишь! Тебе, считай, уже похлопал жену на ночь по заднице — и на боковую! А ты все куролесишь! — Созинов придвинул протоколы. — Это все?

— Кража документов… Из Москвы звонили… — Усач в нескольких словах передал суть дела. — Преступник — азиат. Метр восемьдесят. Глаза — голубые… Будто бы выскочил у нас из поезда. Смена проинструктирована… Да! — Дежурный вспомнил: — Еще Картузов звонил… — Знатного земляка тут знали. — Вас спрашивал!

— А по какому вопросу? Не говорил?

— Сказал, будет звонить.

— Своих стариков, должно быть, ждет… Или, наоборот, провожает…

Дежурный спросил напоследок:

— У вас с какого путевка, Павел Михайлович? С завтрашнего числа?

— Соберусь и отчалю… — Созинов уклонился от ответа. Таков был его стиль. — Если Картузов будет звонить, ты потяни! Вышел, мол, сейчас посмотрю… Постарайся узнать: по какому делу, что ему нужно…

— Понял, Павел Михайлович…

Междугородная дала о себе знать уже через несколько минут. Но это была не Москва. Звонили из Ярославля, из Управления внутренних Дел. У трубки был первый зам: этот не трезвонил по пустякам.

— Значит, так, Пал Михалыч. Ты когда в санаторий?

— Думаю ночью выехать.

— С отпуском — «стоп, машина»! Срочная министерская проверка. К тебе проверяющий.

Созинов так и подскочил:

— Батюшки-светы! Да что там?!

— Жалобы и заявления. Проверяющий уже вылетел. Так что — готовься!

— Вылетел?!

— Да, самолетом.

— Сто лет не было такого! Да что случилось?

— Не знаю. Мы зондировали в Транспортном главке — никому ничего не известно. Но… — Первый зам сделал паузу. — Дыма без огня не бывает. Тебе лучше знать. Срочно собери личный состав. Все подчисти!

— А кто летит? Кто он? Откуда?

— Могу сказать только фамилию. Омельчук. Мы позвонили в аэропорт, в Кострому…

Игумнов не задал задержанному ни одного вопроса. Это было бесполезно.

Говорили Качан и Цуканов.

— Кто этот парень, ты шел по составу вместе с ним… Потом вы шли вместе по платформе…

— Никого я не видел.