— Леонид Ильич, не волнуйтесь, всё под контролем, — попытался успокоить Андропов Брежнева.

— Как это — не волнуйтесь, гхм? Что ты говоришь, Юра? — подозрительно посмотрел на собеседника хозяин дома и спросил: — Какую игру, гхм, ты ведёшь? Ты, гхм, на чьей стороне?

— На вашей, Леонид Ильич. Только на вашей, и ни на чьей больше! — клятвенно заверил Андропов. — Хочу Вам вновь повторить: всё, невзирая ни на какие трудности, остаётся под нашим контролем.

— Но как это может быть? Ты, что, общее решения Политбюро решил проигнорировать? Не советую, гхм.

— Конечно же нет! Все решения, что были приняты, будут исполнены. С завтрашнего дня мы начинаем проверку всех жилищ высокопоставленных товарищей. Мы обязательно найдём и изымем подслушивающие устройства, только...

Брежнев не дал ему договорить.

— А это, Юра, значит, что с завтрашнего дня мы с тобой начнём терять хватку! Гхм! Ты меня понимаешь, гхм?! Мы перестанем держать руку, гхм, на пульсе. Больше не получая информацию, мы не сможем определять текущую повестку. Как мы будем знать, к чему нам готовиться, если не будем знать, что они замышляют? Ты же сам прекрасно осведомлён, гхм, что они всегда что-нибудь замышляют. Они даже в нашем так называемом малом составе Политбюро и то умудрились разбиться на две противостоящих группы, гхм. Ты же сам входишь в одну из них. Ты думаешь, я не знаю? Знаю. Так что ты, Юра, собери волю в кулак, гхм, и придумай, как нам установить эти «жуки» обратно. Да так, чтобы в следующий раз их никто найти не смог бы.

— Леонид Ильич, я как раз именно это и хотел предложить, — улыбнулся Андропов. — Мы с вами государственные люди, поэтому прекрасно понимаем о важности контроля над высшими руководителями страны. Что же касается новых подслушивающих устройств, то при поиске мы обнаружим, разумеется, далеко не все. Более того, некоторые так называемые «жучки» в некоторых жилых помещениях были вмурованы в несущие конструкции домов, устанавливаемые при строительстве, так что найти и вытащить их будет практически невозможно. Тем более что запитаны эти устройства не от общей электросети, а имеют индивидуальные сети. В тех же случаях, где подобные устройства в помещениях будут отсутствовать, мы в самое ближайшее время найдём способ тайно проникнуть в такие жилища и установить прослушку, которую неспециалисты никогда не найдут.

— Хорошо, гхм. А специалисты? Они смогут этих «жуков» найти?

— Специалисты, при наличии необходимой аппаратуры, скорее всего, смогут, — признался Андропов. — Но, Леонид Ильич, много ли у нас специалистов, которые будут это делать? Кроме нашего ведомства, они есть у военных и милиции.

— И что же делать?

— Я думаю, Леонид Ильич, Вам имеет смысл вызвать к себе Устинова и Щёлокова и, объяснив текущую ситуацию, дать устное указание в это дело не лезть. Я, к сожалению, повлиять на них сам не смогу.

— Ну, с Дмитрием Фёдоровичем я поговорю. Думаю, он поймёт, — согласился Брежнев. — А вот со Щёлоковым, думаю, проблемы будут, гхм. Уж очень его это задело.

— Леонид Ильич, Щёлокова Вы знаете давно. Воевали вместе. Я уверен, что если Вы ему всё объясните, то и он тоже всё поймёт. Он как главный милиционер нашей страны просто не может не понять того факта, который знает любой участковый — необходимо заниматься предупреждением потенциальных правонарушений. — И увидев, что Генсек задумался, решил надавить: — Ну а если он не знает, не понимает, или не хочет понимать прописных истин, тогда прикажите ему не совать свой нос, куда не следует.