Она нахмурилась и нажала кнопку, чтобы вывести свое расписание.

– Через три дня, – решила она, подумав. – Я дам вам пропуск.

Именно Майра разработала систему пропусков, которая позволяла им появляться в доке чаще, чем по так называемому официальному расписанию инспекций Роарда. Всем было удобнее, если улаживание вопросов, возникающих в ходе инспекции, не откладывалось до следующей по расписанию инспекции, что, казалось бы, начальнику дока следовало понимать. Ну, поправил сам себя Григ, это если начальник дока думает головой, а не желчным пузырем.

Протянув руку, он взял свою куртку, брошенную на спинку стула. Майра прошла по офису, сняла зеленый пластиковый пропуск с крючка, вставила в записывающее устройство и быстро ввела нужные цифры. Машинка пискнула, Майра вынула карточку и протянула Григу:

– Мы снова поговорим через три дня, – сказала она, что было предложением уйти – и вполне объяснимым, при ее занятости.

Григ с улыбкой принял карточку и спрятал во внутренний карман куртки.

– Через три дня, – сказал он, кивнул ей на прощание и ушел из офиса.

Он вышел за ворота и успел сделать шагов восемь, ну, девять по направлению к дому, когда его догнала длинная бесшумная тень. Он вздохнул и не стал поворачивать голову, прекрасно зная, что увидел бы.

– Григори!

Знакомый голос. Ну, еще бы!

– Привет, Райзи, – отозвался он, по-прежнему не глядя на нее, что, возможно, и было неправильно со стороны человека, который так давно не видел сестру.

Но проклятие…

– Дядя хочет тебя видеть, – сказала она.

Он предвидел эти слова, так что от неожиданности он резко повернулся, стукнув каблуками по тротуару.

– Ах, какая приятная новость! – огрызнулся он и увидел, как брови Райзи поползли вверх по высокому лбу.

– Проблемы? – спросила она достаточно спокойно, чтобы ему стало стыдно за свою вспышку.

– До твоего появления их не было.

Она ухмыльнулась.

– О тебе можно сказать то же самое.

– Я на своем месте, делаю свою работу и не разыскиваю родственников, чтобы осложнить себе жизнь, – огрызнулся Григ. – И ты не хуже меня знаешь: от дяди проблем больше, чем от всех нас, вместе взятых, живых и мертвых, и это такой же факт, как холод космоса.

Она сделала вид, будто обдумывает его слова, склонив голову набок.

– Не считая Эрина.

Он хохотнул – коротко и резко, и все еще раздраженно.

– Это точно. Никто из нас нигде не был бы, если бы не Эрин. – Он вздохнул. – Что понадобилось дяде?

Его сестра пожала плечами:

– Хочет поговорить с тобой. Узнать новости. Прошло – сколько? Двадцать лет?

– Уже двадцать?

Он закрыл глаза: ему это было не нужно. Ему это было совершенно не нужно. Сейли… Сейли с него голову снимет и будет целиком и полностью права.

– Время летит незаметно, – сказала Райзи, – когда жизнь хороша.

Он открыл глаза и посмотрел на нее долгим и жестким взглядом.

– Была хороша, – заявил он сурово. – До этой минуты. Не нужно надо мной смеяться, Райзи.

Она покачала головой и положила ладонь с длинными пальцами ему на руку.

– Я совсем не смеюсь, брат, – сказала она с серьезностью, на которую только она была способна.

Ее пальцы на секунду сжались – а потом она сняла руку с его руки.