— Мы не можем помочь тебе, если ты не будешь с нами говорить, — с увлажнившимися глазами сказала Мойра.

Алисса боялась, что Мойра может закатить сцену, поэтому вмешалась:

— Оставь его в покое. Он мужчина. Если захочет нашей помощи — скажет.

Мэттью хлопнул его по плечу, послав по его телу ещё одну острую волну боли:

— Просто скажи слово, и я заставлю их дорого заплатить.

— Я не хочу твоей защиты, и не нуждаюсь в ней! — Грэм разозлился, хотя и чувствовал некоторую гордость в том, что только что сказала Алисса.

После этого за столом воцарилась тишина, за что Грэм был очень благодарен. Поев, он вернулся в свою комнату, без промедления найдя кровать. Он спал как убитый, упав в незапятнанную снами черноту.

Он проснулся несколько часов спустя, одновременно сбитый с толку и удивлённый. Рядом с ним пристроилось тёплое тело, и он ощутил, как Алисса провела ладонью по его груди.

— Как?

— Ты оставил дверь незапертой.

Он взял локон её волос, и провёл его по своим губам, наслаждаясь запахом:

— Похоже, то было мудрым решением.

— Тебе нужно больше отдыхать.

— Сколько времени?

— Полночь. Я подождала, пока не убедилась, что близнецы наверняка ушли домой, прежде чем прокрасться сюда, — объяснила она.

— Значит, я отдохнул достаточно.

Она не стала возражать, поскольку он ясно дал понять, что именно он имел ввиду. Дальше они не спали.

Глава 19

Следующие две недели были самыми счастливыми в его жизни, и Грэм приноровился к новому распорядку. Большинство утренних часов он проводил с Чадом, учась следопытству, или упражняясь в стрельбе из лука, вторую половину дня проводил с Сайханом, и засыпал сразу же после ужина.

Ночи его принадлежали Алиссе.

Она ждала, пока большинство не отходило ко сну, прежде чем тихо прошмыгнуть к его двери, двигаясь подобно призраку. Он заботился о том, чтобы дверь никогда не была заперта, и как только она была внутри, следующие пять часов принадлежали только им одним — тихий рай тьмы и мягких поцелуев.

До формального Зимнего Бала оставалось лишь несколько дней. Леди Алисса нехотя поднималась с кровати, чтобы одеться, а он оценивающе наблюдал за ней. Она стала приносить с собой простое платье, чтобы не казаться такой подозрительной, если всё же встретит кого-то в коридоре, возвращаясь. В его платяном шкафу она хранила ещё одно.

Алисса посмотрела на Грэма с любопытным выражением на лице:

— Как думаешь, насколько далеко позволяет видеть особое зрение волшебника?

— Волнуешься, что один из близнецов может проснуться раньше, чем ты успеешь пробраться обратно по утру? — спросил Грэм.

— Нет, я слушала, когда они сказали тебе об особых завесах приватности твоей матери. К тому же, они на самом деле спят далеко отсюда. Так ведь?

Он поднялся с кровати на локтях:

— Откуда ты знаешь?

— Мойра упоминала об этом однажды, — ответила она. — К тому времени я уже заметила, что якобы принадлежащие им покои кажутся весьма застоявшимися и необжитыми.

Это его удивило. Иллэниэлы были чрезмерно осторожны с распространением этой информации. До финальной битвы Графа с Мал'горосом никто об этом не знал, не считая очень малого числа близких друзей и доверенных лиц. Даже после этого людям, укрывшимся за их магическим порталом, так и не сказали, где именно был расположен истинный дом семьи Иллэниэл, и настоятельно посоветовали вообще не обсуждать этот вопрос.