|
Быстро поклонился – спина не переломится. – Но, правда, надо спешить. Незнакомка не ответила. Окатила холодным и презрительным взглядом, плотнее запахнулась в покрывало и отвернулась. Я с легкостью прочитал в глазах растерянность и оскорбленное самолюбие, тяжко вздохнул. Обижать женщин нельзя, но если начну извиняться, падать на коленки и целовать белу рученьку, то точно окажусь в постели. Проиграю не только бой, но и всю войну. Быстро, пока решимость не ослабла под напором гормонов, развернулся и толкнул дверь. В проеме темнота. На меня дохнуло свежим прохладным воздухом, терпким запахом пыли и древесного лака. Слева слышался веселый гомон, женские и мужские голоса, негромкая мелодичная музыка. Я обернулся, чтобы попрощаться, но слова застряли в глотке, а пол едва не ушел из-под ног. Волосы зашевелились от ужаса, встали дыбом даже на руках. В глазах уже привычно моргнуло, будто в фильме проскочил порченый кадр. Комнату затянуло туманом, свечи притухли. Женщина исчезла. Вместо нее на кровати сидела древняя старуха. Худая и костлявая, грудь обвисшая, в прожилках синеватых вен. Лицо – как сморщенный помидор, испещрено морщинами, складками, бородавками и язвочками. На голове жидкие клочья седых волос, глаза спрятались в глубине черепа и превратились в блеклые гнилушки. Старуха чем-то напоминала сказочного кощея. Такая же отвратительная, уродливая и страшная. Задумчиво потеребила краешек покрывала. Затем глянула не меня и глупо хихикнула, поманила крючковатым пальцем. – Мой герой! – прошамкала она беззубым ртом. – Возвращайся быстрее! Я буду тебя ждать!.. – Ага, – кивнул я. – Да, жди-жди… Нарочито медленно вышел в коридор, осторожно прикрыл дверь и привалился к стене. Сердце стучало гулко и страшно. Кожу осыпало колючей изморозью, по спине стекали целые реки холодного пота. Меня сотрясало от омерзения и ужаса, потом от облегчения – слава богу, не купился. Иначе… бррр… представлять не хочется, стошнит. Ведь знал, чувствовал!.. Интуиция не обманула, подсказала, где подстерегает очередная иллюзия. Я прокашлялся, унял дрожь в пальцах. Угрюмо осмотрелся по сторонам – узкий погруженный в полумрак коридор. Далеко слева светлое пятно. Оттуда доносились голоса, музыка. Справа – темно и тихо. Я бросил взгляд на дверь, передернул плечами и буркнул со злостью: – Косметика зло! Вот и доверяй им теперь… Вышел на середину коридора, задумчиво почесал щеку. Свет и голоса привлекают. Но как показала практика, неожиданные поступки являются самыми правильными. Что ж, мы темноты не боимся… Точнее боимся, но виду не показываем. Поэтому, вперед – к свершениям и подвигам!.. Я решительно пошел направо. Тьма настолько непроглядная и густая, что казалось, будто плыву в безвоздушном пространстве где-то на окраине галактики. Лишь шум шагов, твердый паркет под ногами и легкий ветерок внушали уверенность. Я выставил руки – не хватало споткнуться и расквасить нос – брел осторожно и медленно. Метров через пятьдесят коридор закончился, ладони уперлись в гладкую лакированную поверхность двери. Я нащупал ручку, немного приоткрыл и прислушался – тихо. Отворил шире и зашел. Еще одна комната. Из небольших окошек падал мертвенный серебристый свет. Вокруг силуэты мебели – столы и стулья, тяжелый как носорог комод, какой-то хлам. Нос уловил запахи пыли и сырости. Скрипели рассохшиеся половицы, хлопала рама окна. |
