|
Прикрываем колдуна, пока тот возится с заклинанием. Я ему не шибко доверяю, но выбора нет. Как только подаст сигнал, бежим к нему. Надеюсь, получится… Вадим поднял меч, присел в боевой стойке. Я кивнул, отодвинулся немного назад и влево, чтобы ненароком не попасть под удар клинка. Собачий лай и цокот копыт стали громче. Я напряг глаза. Зрение не обмануло. В, казалось бы, непроницаемой темноте улицы появились пятна более густого мрака. Волосы взъерошил порыв ледяного ветра. Сердце застучало гулко и часто. Ладони вспотели, указательные пальцы обласкали спусковые крючки пистолетов. Я глубоко вдохнул, нагнетая кислород в кровь. Твой экзамен, Саня… – пронеслась быстрая мысль. – Так уж получилось, что ввязался в дурацкую историю. Хотел изменений, тихо ныл и плакался, что жизнь скучная и пресная. Теперь получил. Но экзамен, экзамен… Если пройдешь, то получишь право называться магом, сможешь жить в новом для тебя мире. Поэтому, крепись Сашка!.. Ветер усилился. В лицо ударило облако пыли, по коже мазнули острые крупинки и сухие листья. Заливистый лай перешел в протяжный, леденящий кровь вой. Гончие почуяли добычу. – Держитесь как можно дольше! – послышался почему-то тихий и далекий голос Платона. – Помните, я должен завершить заклинание! В ответ раздалось ворчание Вадима: – Делай дело, колдун. А мы сделаем то, что зависит от нас. Сознание раздвоилось. Та часть меня, что являлась Александром Бессмертным, обыкновенным дизайнером и простым человеком, уступила место другой, более холодной и расчетливой, свирепой и быстрой. Страх исчез, сменился полным спокойствием. Чувства обострились. К обычным ощущениям прибавились и магические. Мир потускнел, площадь показалась мертвым пустынным пятачком. И лишь рядом шарик тепла – Вадим, за спиной переплетение разнообразных сил – Платон. А впереди облако колючего вакуума, прорезаемого алыми вспышками чуждого разума… Краем глаза я заметил, что кожа рук посерела и отвердела, отросли длинные отливающие сталью когти. Тотемный облик пришел на помощь. Тьма на противоположном конце площади ожила и зашевелилась, обрела объем. С улицы выплеснулась черная волна, разбилась на десятки кривых щупалец-рук. По ушам ударило зловещее змеиное шипение, жуткий холод сковал мышцы. Чернота взвихрилась, взорвалась клубами дыма и выпустила отвратительных четвероногих тварей… Когда-то они возможно и были псами. Но сейчас – громадные чудовища укрытые костяными наростами и шипами. Хвосты – гибкие костяные плети. Пасти как у крокодилов, зубы невероятно длинные и тонкие как иголки. Глаза – узкие щели, заполненные пламенными сгустками… Гончие взревели и бросились в атаку. Бездумно прицелившись, я нажал на спусковые крючки. Пистолеты низко и грозно рявкнули, дернулись в ладонях как живые. Сумерки разорвали острые снопы пламени. Голова одного из псов взорвалась. Брызнули осколки костей, мокрые блестящие внутренности и черная жижа. Тело еще целую секунду бежало, перебирало лапами. Но потом споткнулось, упало и покатилось по асфальту. Я сразу же нашел другую цель, третью, четвертую… Пистолеты вздрагивали в руках, изрыгали пули, а на землю сыпались пустые гильзы. Мне удалось уничтожить еще пятерых Гончих. Но на шестой оружие отказалось работать, раздались сухие беспомощные щелчки. Вперед! – полыхнул в мозгу четкий приказ. – Задержать! Не допустить, чтобы псы приблизились к Вадиму и колдуну! Отбросив бесполезные пистолеты, я присел и оттолкнулся от земли. |
