— А есть на примете люди, которые займутся?

— Я поищу.

— Не верю я тебе.

— Я сам себе не верю. В этом деле. Веришь? К душе не лежат мне эти гвозди. Не мое дело.

— А давай я тебе сразу дам не две тысячи, а четыре работников. И ты возьмешься сам? — тяжело вздохнув, спросил царевич. Явно утомившийся от этого спора.

Строганов несколько секунд помедлил.

— Шесть.

— Пять.

— Ну хорошо — пять тысяч рабочих сразу и еще двадцать — как я дороги построю.

— За это ты в нагрузку построишь три заводика по выпуску новых гвоздей. Один в Пскове. Второй в Рязани. А третий где-нибудь в среднем или нижнем течении Волги. Сам подумай.

— Как скоро?

— Вчера. — улыбнулся Алексей.

— Как и всегда… — покачал головой Строганов.

[1] Здесь автор, опираясь на концепцию НТВ образца 1875 года (знаменитая «теплушка» из них делалась), пошел немного дальше, развивая мысль.

[2] 25 км/ч это 10 верст в час в местной СИ.

Часть 3

Глава 6

1713, август, 22. Новгород — Москва

Паровоз медленно подкатывался к станции.

К Новгороду.

Попыхивая паром.

Петр Алексеевич в легком нетерпении раскачивался на ногах, заложив руки за спину. А вокруг — люди… много людей. Целое море. Новгородцы высыпали встречать первый состав, который шел по новой ветке — от Павлограда…

Узнав о том, что Строганов решил сам себе дорогу строить, и Новгородские купцы не устояли от соблазна. И изыскав людей со средствами на закупку всего потребного, начали тянуть узкоколейную чугунку. До Павлограда, стремясь царю угодить.

По своим планам Алексей собирался начинать строить этот участок только в будущем году. И потом уходить далее — на Выборг и Приморск. А потом и на шведский Або, откуда он хотел организовать паромное сообщение со Стокгольмом. И потихоньку «лепить горбатого», то есть, строить большой мост. На первом этапе через архипелаг Аланских островов, а потом и через большой пролив до побережья. Он уже с представителями Швеции полным ходом не только обсуждал этот вопрос, но и проводил изыскания с замерами глубин и обсуждением вариантов конструкций.

Думали.

Плотно думали. Перспективы то для шведов огромные. Так что их сторона «лоб морщила» — аж головные уборы шевелились.

Новгородские купцы такими средствами и амбициями не обладали. Но смогли начать строительство пораньше и своими силами. Стараясь улучшить ситуацию с торговой логистикой, дабы товары завозить к весенней навигации загодя и по осени не спешить до первого льда с вывозом.

Алексей о том узнал. А как иначе? Такое дело втихаря не сделать.

Ну и вытащил их на беседу.

Выслушал.

Похвалил.

И даже предложил развить затею.

С южной стороны острова Котлин проходил фарватер. Там же размещался порт. А вот с северной тянулось мелководье от берега до самого острова. Поэтому царевич и предложил купцам отсыпать там косу. И завести по ней чугунку в Петроград. Перед этим возведя возле Павлограда мост, через который и подведя ее к основанию косы.

— Большие работы, — покачал головой один из купцов. — Слишком большие…

— Вы разве не видели, как земснаряды косы насыпают на Ладоге, а теперь и на Онеге? Если там таких пару десятков развернуть — за навигацию отсыплют. Потом останется только берега камнем укрепить. Или еще чем, например, железобетонными плитами.

— Откуда же мы их возьмем?

— Так сделаете.