Получался на выходе такой универсальные вагон-трансформер[1].

Кстати, на основе такого грузового вагона для нужд правительства сделали несколько пассажирских вагонов. В одном из которых как раз Алексей со Строгановым и сидели, едва заметно покачиваясь.

Наслаждаясь мягкостью хода.

Даже чай особенно не плескался. Так — чуть-чуть колебался.

И дорога хороша.

И вагон.

И поезд двигался медленно — не более двадцать пять километров в час[2]. На дорогах за этим следили строго. ОЧЕНЬ строго. Чугунные рельсы хрупкие, даже из отожженного чугуна, так что чуть увлекся со скоростью — и уже улетел с косогора.

Надо сказать, что вопросам безопасности в целом уделяли много внимания. Например, все новые вагоны, производимые на Нижегородском вагоностроительном заводе, были оборудованы рессорами. А это не только большая мягкость хода, но и просадка под грузом. Из-за чего на них монтировались специальные рейки с отметками. Глянул — и сразу заметил перегруз.

С контролем скоростного режима тоже удалось довольно просто решить вопрос. «Спидометр», показывающий машинисту количество оборотов ведущего колеса сделали давно. Еще на первых локомотивах. А вот чтобы тот не шалил на ведущее колесо ставили небольшой короб с механическим датчиком. Обычная калиброванная пружина с грузом и контрольная свинцовая пластинка. Крутится колесо слишком быстро? Так и груз сильнее пружину отгибает, ежели слишком быстро — свинцовую пластинку портит. И на каждой станции обязательная проверка. Как датчика этого, так и проход вдоль вагонов с проверкой перегруза.

Нашли нарушение? По инстанции передали.

Не передали? И произошла авария из-за нарушений? Так проверяющие и виновны. Мотивация во всей красе. Нет аварий? Есть премия. Есть аварии? В место премий кары всяческие. Само собой, в случае выявления вины. Так что персонал относился к таким вещам очень ответственно. ОЧЕНЬ. Включая машиниста…

— Медленно-то как, — покачал головой Алексей, глядя в окошко.

— Всяко быстрее чем на карете али верхом, — пожал плечами Строганов. — Да и удобства больше.

— Что есть, то есть. Просто иногда очень хочется побыстрее. К хорошему быстро привыкаешь.

— Не спеши Алексей Петрович. Успеется. Итак, поспешаем так, что аж портки трещат.

— Да и черт с ними, — махнул рукой царевич. — Порвутся? Не беда. Чего нам стыдится? Все свое. Все натуральное.

Строганов посмеялся.

— Шутки шутками, а поспешать надобно без спешки.

— Сам то своему совету следуешь? — улыбнулся Алексей. — Совсем недавно, помнится, ты рудники соляные копать начинал. И вот уже — добытчиком железа заделался. На Онеге заводик поставил. Чугун льешь. Заводики по лесозаготовки и переработке ставишь малые. Доски пилишь, деготь да спирт древесный вытапливаешь со скипидаром. Что дальше?

— Как что? Посмотрел я на эти драги в Ладоге. Добрая вещь. Добрая. Лучше бы не с конным приводом, но и такие — толковые. Ты ведь такие имел в виду, чтобы золото мыть?

— На основе таких, да.

— Вот их и хочу. Чтобы на Печору отправить и в другие места. Золото мыть.

— А дороги чугунные? Бросишь строить?

— От Онежского завода через Каргополь к Вельску доведу. Да. И далее до Великого Устюга. Чтобы и чугун, и соль вывозить. А дальше — Бог весть? Зачем мне больше?

— А вот такая дорога нравится?

— На плитах?

— Да.