Хотя, цветок мне вроде дарили. Вернее, принесли, подарить, видимо, смелости не хватило. А главное, теперь стало понятно, с чем меня все поздравляли. А в пору сочувствовать. Как можно жить с тем, кто не видит в тебе равного по духу, не интересуется тем, что для тебя важно и дорого? Меня влекло к эльфу, но его черствость отталкивала и ранила.

И что прикажете предпринять в сложившейся ситуации? Ответа у меня не было. Так или иначе, придется держаться где-то рядом, пока не прекратились эти странные попытки поймать лазурного дракона. Не по этой ли причине Совет решил держать наш брак в тайне?

— Знаешь, мне почему-то плохо, когда ты грустишь, Бронис. И потом, мы ведь теперь не чужие. Значит, я могу тебе кое-что рассказать, — демоненок чуть меня отстранил, взглянул в глаза и улыбнулся.

— Что? — без интереса откликнулась я. Какая разница, что он мне расскажет, если самого главного уже не изменить.

— Когда-то у Салмелдира была невеста, — начал свой рассказ Рил, и я прислушалась. — Прелестная эльфийка по имени Эйрил. Сложно сказать, насколько сильны были их чувства, но они все же пришли в храм, и чаша не осветила их союз. От ритуала Друлаван отказался, заявив, что никогда не встанет на пути у истинной любви. Семья невесты посчитала свой род опозоренным из-за такого поступка жениха, за это прадед изгнал собственного сына. А бабка Эйрил, одна из лучших эльфийских прорицательниц того времени, кричала ему вслед, что он все осознает и раскается, когда настигнет его божья кара. Но, как видишь, она ошиблась, и лорд магистр встретил тебя.

Хмм… Теперь мне стали понятны слова Салмелдира, обращенные к Малху, но прояснить ситуацию — не означает найти пути ее решения. К сожалению, скоропалительный брак сломал только что пробившийся росток моего доверия к эльфу, а найти дневники отца и подробно изучить их, я по-прежнему хотела.

— Значит, избавиться от золотой руны нет никакой возможности… — подытожила я и тяжело вздохнула.

— А зачем от нее избавляться? — искренне удивился Сеттар. Чистый добрый паренек! — Пойми, Бронис, того факта, что вы с магистром предназначены друг другу, ничто не изменит! Хотя только от вас зависит, как вы построите свои отношения. На руну это не повлияет, и она никуда не денется. Но ведь ее можно сделать на время невидимой.

— Это как? — спросила я. Кажется, на горизонте появилась надежда.

— Понимаешь, мои родители… В общем, у них все еще хуже, чем у тебя. Они связаны печатью Малха и вообще не могут отойти далеко друг от друга. Отцу же, по долгу службы, иногда приходится уезжать, и мама не всегда может сопровождать его. Для этого существует артефакт, блокирующий на время все божественные печати. Обычно его делают в виде браслета. Ну и стоит он, разумеется, не дешево, — пояснил парень.

— Так что ж ты молчал-то! — я радостно подскочила и чмокнула Сеттара младшего в щеку, чем смутила его до крайности.

— Вот… сказал же… — промямлил он.

План созрел. В Изумрудную долину я все-таки отправлюсь, узнаю о себе все, что возможно, а потом осяду где-нибудь, не привлекая к себе внимания. В конце концов, мне ведь дали время. Я же просто собираюсь провести его на расстоянии от Друлавана, дав ему в свою очередь осознать всю степень неправоты и научиться хоть немного уважать женщин, ибо просто пользоваться собой я ему не позволю!

— Ты сможешь достать для меня такой артефакт? — в лоб спросила я Рила.