Брук чувствовала себя выжатой, как лимон. В голове стучала только одна мысль: «Придется выйти замуж за Мэтта». В противном случае она поссорится с матерью. И угораздило же ее стать жертвой собственного спектакля…

Глава 10

Отправляясь с утра в приют, Брук раздумывала о тяготах мирской жизни. Мэтт заполнил ее целиком, и пет теперь места па земле, которое не напоминало бы о нем. Ох, не появлялся бы он сегодня в приюте, дал бы ей время прийти в себя.

Въезжая на стоянку, Брук вся извертелась, но его спортивного автомобиля так и не увидела. Но странное дело, вместо того чтобы испытать душевный подъем, она почувствовала горечь разочарования. Не осталось ни злости, ни обиды. Только отчаяние…

Что скрывать, ей очень правится Мэтт. Пожалуй, можно сказать, она его чуть-чуть любит. Ой, ну ладно, влюблена по уши. И это совсем не радует, потому что вряд ли Мэтт сможет ответить на ее бескорыстное чувство. Он сотни раз говорил, что не хочет жениться, а уж тем более влюбляться.

Мэтт не верит в любовь (так же как не верила она).

Много лет назад Брук поклялась, что не позволит разбить себе сердце. Не хотела быть похожей на отца, для которого разрыв с женщиной оказался сильнейшим ударом. Но что такое подобные обещания? Пустой звук, не более. Она уже больна любовью и знает, что в день, когда они с Мэттом расстанутся, ее сердце разорвется.

Вздохнув, она переложила портфель в левую руку и потянула на себя дверь. Было подозрительно тихо: ни звук телевизоров, ни детский смех, ни возня малышей не доносились до ее слуха. Только гудели кондиционеры. Неужели что-то случилось?

Не успев испугаться, Брук увидела Джеффри.

Он сидел на столе, болтая ногами и покачивая как всегда взъерошенной головой. Но, обратила внимание девушка, он расправил плечи и поднял голову.

В глазах был живой блеск.

— Привет, Джеффри! А где все?

Мальчик в ответ слегка пожал плечами.

— Пойдем заниматься?

Вместо ответа он соскользнул со стола. Хоть Джеффри и не говорил, но, без сомнения, был настроен куда более дружелюбно, чем обычно. Как же Брук хотелось, чтобы пришел Мэтт!

— Ты выглядишь взволнованным, — заметила она, подходя ближе к мальчику. — Сегодня случилось что-то особенное?

Еще одно пожатие плечами.

— Миссис Моррис сказала, что тебя должны навестить в пятницу. Ты поэтому так волнуешься?

На этот раз Джеффри как-то иначе пожал плечами. Присмотревшись, Брук увидела, как его обычно плотно сжатые губы дрогнули и расползаются в улыбке. Мальчику просто нужна семья, меланхолично подумала Брук. В этом его сложно упрекнуть. Дай бог!

— А почему мы бы нам не заняться головоломкой, — предложила Брук, распахивая дверь в комнату. — Кстати, ты можешь называть меня…

— Сюрприз! — прокричали десятки голосов.

Девушка увидела радостно визжащих детей — ее бывших и нынешних пациентов и смущенных воспитателей, хлопающих в ладоши с отменным усердием.

— Что это? — спросила она, заикаясь.

— Вечеринка, — подсказал недогадливому психологу Джеффри.

— А ты конечно, все знал?

Мальчик кивнул. И улыбнулся, как не улыбался с момента своего появления в приюте. Брук от избытка чувств была готова заплакать.

Затем она увидела Мэтта. Он стоял возле стены вместе с бабушкой, Фелицией и Пегги. Мэтт медленно приблизился к Брук, у которой сердце начало стучать, как у колибри — 600 ударов в минуту.

— Ты удивлена?

— Еще как! А что сейчас будет?

Вперед выступила миссис Моррис, олицетворяющая собой администрацию приюта.

— Дети, — смущенно откашлявшись, объявила она, — желают устроить вам свадебный душ.