– Нынче это редкость. Тебе нравится?

    – Некоторые репризы – да, но, позволю себе заметить, в них слишком много сквернословия. Все эти словечки – трюки на продажу.

    Я не нашелся что ответить, во многом он был прав.

    – Значит, остерегись ими пользоваться.

    – Конечно.

    Лиза попыталась поправить ему галстук, но он раздраженно отодвинулся:

    – Ну, мама, ты же знаешь, что мне неприятно, когда меня трогают при всех.

    Она снова рассмеялась:

    – Ладно, извини. – Потом повернулась ко мне. – Сэмми, посоветуй ему что-нибудь.

    Альберто смотрел на меня без особого интереса. Я вздохнул про себя.

    – Итак, Альберто, могу дать тебе совет, который сам когда-то получил от Вальтера Кьяри. Знаешь, кто это?

    – Конечно. Он рассказывал анекдоты.

    – Ответ немного упрощенный, но по сути верный. Так вот, он говорил мне: если публика смеется много и громко, держи ее подольше, если же ты почувствовал, что смеха маловато, понемногу ускоряй темп и отступай.

    – Это всё?

    Если бы здесь не было матери, я бы дал ему под зад, но я не мог.

    – Нет, не всё. Расскажу тебе свой прием. Выбери кого-нибудь из публики, лучше того, кто смеется вяло и сидит насупившись, понял?

    – И что дальше?

    – А дальше сконцентрируйся на нем и думай о нем как о враге, которого надо победить. Следи за его реакцией и старайся застать его врасплох. Играй для него. Увидишь, когда он начнет смеяться, весь партер будет у тебя в руках. У меня это срабатывало всегда.

    Он задумался:

    – Спасибо, но сегодня я не смогу этим воспользоваться: здесь я нравлюсь всем.

    – И это правда, – вмешалась Лиза. – Альберто – звезда вечера. – (Мальчишка кивнул.) – Поделись своей новостью, Альберто.

    Он поднял подбородок:

    – Я участвую в «Слышал новый анекдот?».[49]

    Лиза обняла его, Альберто отодвинулся.

    – Ну разве не умница, Сэмми? Это его первый профессиональный контракт. Его пригласили на десять передач. И это будут сольные выступления!

    – Поздравляю, – сказал я.

    – Спасибо. – Альберто отряхнул лацканы пиджака. – А теперь, извините, мне надо сосредоточиться перед спектаклем.

    Он исчез за дверью входа, и я остался с Лизой.

    – Можно я тебя поцелую или это неудобно?

    – Лучше не надо. Альберто ничего про нас не знает, он считает тебя моим старым приятелем.

    Она закурила.

    – Я так волнуюсь… Знаешь, ему заплатят за выступление…

    – Вот это действительно хорошая новость.

    Я почувствовал ее испытующий взгляд.

    – Не слышу убежденности в твоем голосе.

    – Я просто осторожен. Тебе не кажется, что он рановато начал? Ему надо еще расти, играть, ходить в школу… Если он начнет выступать на телевидении, его нормальная жизнь пойдет кувырком.