… отряд минует группу дружно блюющих монгол — скорчившиеся и издающие жуткие звуки бедняги видимо траванулись трофейной жрачкой или переборщили с бухлом...

… небольшая задержка, пока удобный путь между некогда роскошным особняком и вытоптанным полем пересекает шумно горланившая масса разодетых словно скоморохи всадников с обнажёнными клинками и трофейными китайскими флагами в руках...

… крупный табун явно боевой выучки коней охраняют всего двое пастухов, да и то 15-летних мальчишек — в любом ином случае прекрасная цель для диверсии...

… вновь груда мёртвых тел, но на этот раз слегка разбавленные конскими тушами трупы принадлежат взрослым зверски изрубленным мужчинам...

… обильно заминированная гавёшками рощица с подчистую лишившимися нижних ветвей деревьями...

… поросшая кустами сирени и лопухами низменность тянется довольно далеко — среди лопухов скучают-валяются несколько позабытых всеми монгол в доспехах и с перерезанными глотками...

… обильно усыпанные обгорелыми костями развалины большого поместья с некогда капитальными каменными стенами и питаемым из ближайшего ручья рвом...

… сборище шатров, от которого несутся звуки музыки, смех и густой запах мясного бульона...

… перевёрнутая повозка с обрезанными постромками и усыпавшие всё вокруг осколки битых горшков...

Несмотря на неурочное время огромное стойбище степняков фонтанирует активностью, шумит, пердит, дышит, пьянствует, живёт... и совсем не замечает проникших внутрь него враждебных чужаков. Как много раз до того пришедшие на эту землю грабителями и завоевателями монголы уверены в себе настолько, что утеряли всякую осторожность... они уже поплатились за свою небрежность, страшно поплатились, но ещё не успели об этом узнать. Алкоголь... сытная еда... покорные пленницы — пока что у монгол есть время от души насладиться всем этим, отдохнуть-поспать или, не отказывая себе ни в чём, погулять...

Бывшим обитателям разграбленного и опоганенного города несомненно не чуждо было чувство прекрасного, а иначе невозможно объяснить существование крупного искусственного пруда на окраине города. Аккуратный насыпной островок прямо посредине водоёма, расположенная на нём изящная беседка и будто игрушечный мостик над водной гладью только подтверждают наличие безусловно присущего жителям города вкуса. После того как монголы зачем-то сожгли беседку и мостик, а ровные, умело декорированные привозной галькой берега пруда истоптали копытами тысяч пригнанных на водопой коней, крошечный клочок земли в окружении воды потерял для них малейшую ценность. Ну а для возглавляемой Хитмэном группы всё обстоит ровно наоборот — изолированный островок это прекрасная точка рандеву с эвакуационной командой, вполне подходящее место для приземления средней величины грифона. Вообще-то один из вариантов предусматривает эвакуацию Хитмэна и питомцев прямо с крыши используемого под ставку дворца, однако лично курировавший важную операцию Альдарон решил подстраховаться — Драконам давно известно о способности шаманов преодолевать маскирующие чары. Кто поручится, что среди свиты Великого хана не найдётся ни одного самого занюханного шамана? Кто поручится, что этот самый занюханный не выйдет ночью наружу скажем до ветру или побродить, прогоняя как на грех привязавшуюся бессонницу и не увидит опускающегося или взлетающего грифона? Многомудрый глава СБ не захотел рисковать.

Зверски испаханный копытами берег пруда пуст, никто не мешает игрокам и питомцам войти в прохладную по ночной поре воду. До грустно чернеющего горелыми деревяшками островка не так уж и далеко. Ни Хитмэна, ни Баки нельзя назвать умелыми пловцами, Леон как и многие из кошачьего народа принципиально не любит воду, тем не менее добраться до островка по спокойной воде для них для всех это плёвая задача.