|
Пожалуй где-то и в чём-то его слишком яркая-сочная реакция не вполне укладывается в хрестоматийную и известную его родственникам-людям легенду о якобы прожитой им тысяче с горкой лет... но слишком неопытной, слишком молодой Марфе недосуг ловить его на противоречиях, ловить подарившего ей любовь и великую радость мужа, а Ксения и Афанасий слишком увлечены внуком, чтобы подвергнуть поведение и реакции зятя глубокому анализу, любые подмеченные странности с лёгким сердцем списывают на его нелюдскую природу, так и на особенности известной им легенды (несколько сотен лет жизни в одиночестве в глухих чащёбах Великого леса, череда сражений с жуткими чудовищами, произошедшие в нём изменения после обретения части силы побеждённого им тёмного бога).
Однако ни что не длится вечно, совсем скоро передавшие сына на попечение его деда и бабки, Дримм с Марфой отправляются на небольшую вечеринку для своих, отметить рождение Айлла, принять искренние поздравления близких друзей. Разумеется Афанасий и Ксения тоже приглашены, однако предпочитают повозиться с внуком, а не гулять на пиру в знаменитом Греческом зале. Это место... скажем так, несколько смущает их принятыми там обычаями поведения и лёгкостью нравов, тем не менее в силу жизненного опыта родители жены Убийцы Богов очень хорошо осознают его значение для всех Драконов, понимают, их дочери не просто придётся, ей нужно там бывать, не только как жене Главы клана и матери его детей, но и как полноценной государыне. Как обычно Марфе нелегко даётся пересилить себя, облачаясь в предназначенные для Греческого зала срамные одежды. И ведь казалось бы в привычной ей с детства бане вовсе принято мыться голышом и никому и в голову не придёт переживать по этому поводу, а Греческий зал Старой цитадели формально и по сути считается всё той же баней... вот только молодой словенке очень сложно его таковым воспринимать. Судите сами: роскошные палаты, где часто собирается считай вся знать Айлирии, где обсуждаются и решаются многие и многие государственные и клановые дела, где постоянно обмениваются слухами и проверенными сведениями, заключают сделки и политические союзы, да даже просто общаются старейшины, воеводы, сильнейшие маги и прославленные мастера... разве можно считать подобное место всего лишь обычной баней?! Мыться, пить вино, отдыхать, плавать в огромном центральном бассейне, гордо демонстрировать свою и любоваться чужой телесной красотой, беззаботно наслаждаться жизнью?! Непритворное, по-детски беззаботное поведение Драконов вызывает в мыслях женщины тревожное недоумение! - А может быть Драконы вообратную хотят показать чистоту своих помыслов... - внезапно приходит на ум скептически настроенной Марфе... - и отсутствие верхней одёжи это не легкомыслие, как мнилось мне прежде, а знак отверзнутой души? Не потому ли Греческий зал так популярен среди Драконов, что он позволяет им открыться перед соратниками по клану? Они сильны, тверды духом, но даже самому сильному необходим тот, кому не страшно излить душу. Их боги многое дают своим последователям, но и требуют немало, им не хватает доброты и прощения, они не терпят слабости... возможно этот зал помогает Драконам ощутить опору друг в друге, лучше почувствовать своё единство, пусть на время, но сбросить прочную скорлупу, что защищает их от опасности и злобы внешнего мира, очиститься не только телом, но и душой. - Крепко-крепко зажмуривает глаза и трясёт головой, смущённо вспоминая несколько случившихся ранее посещений Греческого зала и всё то, что ей довелось там узреть: - Хотя конечно их нравы, разговоры, то как женщины-мужчины позволяют себя вести, эта та ещё стыдоба! - Передёрнувшая плечами как от озноба Марфа стремительно краснеет, но в то же время иными глазами глядит на аккуратно разложенный перед ней наряд. Два совсем небольших клочка мягкой и нежной как лебяжий пух ткани бежевого цвета: один прикрыть грудь, другой — женское стыдное место. Благодаря терпеливым урокам снежных эльфиек Марфа умеет этот наряд правильно надевать и носить. |
