Впрочем, главным украшением скромного пансионата фрау Кностер был портрет кайзера Вильгельма в обрамлении развешанных по стенам декоративных салфеток с вышитыми на них готической вязью расхожими сентенциями. Две из них приходились как раз напротив того места, которое облюбовал себе Иртеньев, и каждый раз, садясь к столу обедать, полковник мог прочитать: «Порядок в доме — порядок в государстве» или же «Трудись — и увидишь сладкие сны».

В этом, не лишённом своеобразного уюта заведении полковник прожил почти неделю, прежде чем у фрау Кностер появился ещё один постоялец. Едва оказавшись за табльдотом, молодой человек объявил, что он прибыл прямо с берегов Сены и незамедлительно принялся выкладывать свежие новости, начиная от моды на дамские шляпы и кончая нашумевшими автомобильными гонками «Париж — Руан».

Весь день Иртеньев присматривался к говорливому постояльцу и, только когда новичок остался один в гостиной, полковник, остановившись в арке соединявшей обе комнаты, вежливо спросил:

— Не помешаю?

— Нет, нет, прошу вас…

Молодой человек оживился, показал Иртеньеву на противоположное кресло и, дождавшись, когда полковник сел, поинтересовался:

— В картишки… Не желаете?

В руках молодого человека тут же возникла колода, которую он начал с удивительной ловкостью тасовать.

— Да нет, — улыбнулся Иртеньев. — Разве что вечером…

— Ну, как хотите…

Молодой человек выложил на стол три карты, так что средняя выступала немного вперёд, и подмигнул Иртеньеву.

— Загадайте число…

— Число? — полковник немного подумал. — Извольте… 212…

— Прекрасно… — Молодой человек быстро передвинул среднюю карту назад и попросил. — Пожалуйста, другое число…

— Как угодно… — Иртеньев пожал плечами. — 121.

Молодой человек стремительно убрал колоду и выжидательно посмотрел на Иртеньева. В свою очередь, полковник прислушался, не появился ли кто в столовой, и коротко приказал:

— Докладывайте, поручик.

— Слушаюсь, — молодой человек наклонил голову и заговорил вполголоса. — Сначала Киль. Подводные лодки типа Е, номера 109, 110, 111  строятся. Есть трудности, но фирма пока справляется. Имею сведения, что для себя немцы разрабатывают совершенно новую лодку под индексом U-1. Прикажете заняться вплотную?

— Не надо. Думаю, наш «Дельфин»  уже во Владивостоке.

— А «передвижной предохранительный буй»?  — улыбнулся поручик. — Надеюсь, уже тоже там?

— Там, — подтвердил полковник.

Мимолётная улыбка исчезла с лица поручика, и он озабоченно обратился к полковнику:

— Позвольте спросить, действие пулемёта Хайрема «Максима» на самом деле такое, как о нём пишут?

Говоря так, поручик, видимо, весь находился под воздействием европейских реляций с театра военных действий, однако Иртеньев и не подумал его разубеждать. Больше того, полковник вздохнул, и то ли дополнил, то ли уточнил сказанное:

— К сожалению, это правда. Там где у противника есть пулемёты, наступление в плотных порядках просто невозможно…

— Между прочим, — осторожно заметил поручик, — французы ещё год назад установили пулемёт на полублиндированный автомобиль, а здесь, в Германии, в этом направлении активно работает фирма «Энхард».

— Да, мы знаем, — коротко ответил полковник, но, заметив на лице поручика некоторое разочарование, усмехнулся.