— Возьмите автомат, Шлиден, сегодня слишком много сумасшедших! — крикнул он Вернеру.

Но проехать они смогли не более ста метров. Из бункера выбрался тщедушный парнишка, большеротый, коротко остриженный, в длинном не по росту мундире. Он бросился наперерез машине, с размаху упал на землю, и Вернер вдруг увидел в его руках невесть откуда взявшийся фаустпатрон.

— Стреляйте, Шлиден, стреляйте! — страшным шепотом, видно сорвав голос, прокричал Хорст.

Пули Шлидена веером упали в асфальт за метр до обезумевшего солдата.

Хорст рванул рычаг и бросил машину вправо, пытаясь опередить смерть.

Вернер снова вскинул ствол автомата, рванул спусковой крючок и увидел, как из раструба фаустпатрона за спиной у мальчишки вырвалось желтое пламя.

4

Боевая листовка, отпечатанная в типографии красноармейской газеты «Защита Родины»:

ГЕРОИ ШТУРМА КЕНИГСБЕРГА

БОЕВОЙ ПОДВИГ ИВАНА КАВАНЬКИНА

Гвардеец захватил в плен около 100 фашистов.

Из уст в уста передаются рассказы о храбрости и высоком боевом мастерстве гвардейца Ивана Каванькина. Он участвовал во многих жарких боях и везде стяжал добрую боевую славу. Но особенно памятен подвиг, совершенный им во время штурма фашистской крепости в Восточной Пруссии — Кенигсберга.

Широкая река с гранитными берегами представляла трудное препятствие на пути наступающих. Немцы засели на противоположной стороне в каменных домах, подвалах и держали под обстрелом все подходы к реке. Но разве можно остановить воинов, для которых выполнение приказа командира является делом чести и доблести! А приказ требовал преодолеть водную преграду, захватить плацдарм и развивать наступление на центр города.

Гвардеец Каванькин первым устремился к реке и, не медля ни минуты, поплыл к противоположному берегу. Противник обнаружил смельчака. Над головой бойца пролетали пули. Вражеские снаряды поднимали фонтаны воды. Каванькин удвоил свои усилия. Он упорно плыл вперед, будто не замечая яростного огня противника.

Вот и противоположный берег. В наспех отрытых ячейках находилось более десяти фашистов. Они обстреливали переправляющихся бойцов. Гвардеец Каванькин швырнул в подвал противотанковые гранаты, а потом, ведя огонь из автомата, первым ворвался в подвал. Перешагнув через шесть немецких трупов, бесстрашный боец ринулся в глубь подвала. В это время из темного угла выскочили три гитлеровца, намереваясь напасть на гвардейца. Каванькин очередью из автомата замертво свалил фрицев. Затем он, метнув вперед себя еще две «лимонки», вместе с бойцом Клоковым ворвался в каземат. Гитлеровцы, ошеломленные впезапным нападением, покорно подняли руки. Около 100 вражеских солдат было доставлено в штаб.

Бесстрашие и мужество принесли победу. Один гвардеец оказался сильнее 100 фашистов.

Слава герою штурма Кенигсберга Ивану Каванькину!

Гвардейцы! Бейте врага, как Иван Каванькин! Чем сильнее будет наш удар по врагу, тем скорее мы овладеем последним очагом обороны немцев в Восточной Пруссии.

5

— Я не принял окончательного решения, — сказал генерал Ляш, — но считаю дальнейшее сопротивление бессмысленным.

Он сказал это довольно тихо. И хотя сверху доносились звуки разрывов, все те, кто находился в бункере, слышали эти слова. Они упали в сознание, как камень в сонную поверхность озера, и когда круги достигли берега, крейсляйтер Эрнст Вагнер вскочил во весь рост и протянул руку вперед:

— Это измена! — крикнул он. — Мой фюрер…

Голос крейсляйтера сорвался.