Голос крейсляйтера сорвался.

Оберст фон Динклер потянул его за полу мундира. Вагнер порывисто повернулся, и в это время генерал Ляш вышел в светлый круг света, отбрасываемый на бетонный пол лампой наверху.

Все молчали. Одни таращились воспаленными бессонницей и боем глазами на стоящего в центре командующего, словно надеясь прочесть на его лице грядущее. Другие сидели и стояли, опустив головы.

Майор Вернер фон Шлиден вдруг увидел, как поднялся Хорст и осторожно за спинами офицеров и представителей гражданских властей стал пробираться к выходу.

Вчера они уцелели чудом. Сумасшедший парень взял слишком высоко, и смерть в этот раз только дохнула на них, противно провизжав над головами. Бронетранспортер пришлось бросить, но до главной станции они добрались без особых приключений. В штабе Вернер и Хорст расстались. Ляш, увидев Шлидена, приказал ему находиться при нем, но за всю прошедшую ночь и сегодняшний день не давал никаких поручений, словно не замечал присутствия майора.

Оберштурмбанфюрер появился только утром. Угостив Вернера хорошим коньяком, был страшно оживлен, если не сказать, весел, оказывал майору всяческое расположение. И вот сейчас он медленно и осторожно пробирается к выходу из бункера.

— Истерику оставьте женщинам, — не глядя на Вагнера, сказал генерал Ляш. — Помимо «Майн кампф» надо заглядывать и в Клаузевица. Сопротивление бессмысленно, господин Вагнер…

Командующий пристально оглядел собравшихся и продолжал после минутной паузы:

— Поймите меня правильно, господа. Русские взяли нас в кольцо. Они отрезали войска гарнизона от моря и от Земландской группировки. Попытка вырваться нам не удалась. Не смогли пробиться к нам и соединения 4-й армии… На заключение хотя бы краткого перемирия русские не пойдут. Они, несомненно, хозяева положения. Единственный выход — капитуляция. Поступив так, мы сохраним немцев. Хороший коммунист — мертвый коммунист, живой немец лучше мертвого немца…

— Простите, генерал, — запинаясь, произнес обер-бургомистр Кенигсберга доктор Гельмут Вилл, — но если попробовать на Пиллау…

— Поздно спохватились, — сказал Отто фон Ляш. — Русские перерезали дорогу. Сдаваясь сегодня, мы сохраним немцев Германии будущего.

Крейсляйтер Эрнст Вагнер выхватил парабеллум, поднес его к виску и скривился от боли, когда адъютант фон Ляша ударом ладони в локоть выбил пистолет на пол.

Генерал Отто фон Ляш обернулся на звук, помедлил минуту, придерживая рукою за край бронированную дверь внутреннего каземата.

— Щенок, — тихо, но так, что все услышали, сказал он. — Вы еще делали в штанишки, когда я командовал ротой. Найдите ему валерьянку, Фридрих.

Дверь захлопнулась. Командующий первым военным округом Восточной Пруссии, военный комендант города Кенигсберга генерал от инфантерии Отто фон Ляш последнее решение принимал в одиночестве.

6

ОТ СОВЕТСКОГО ИНФОРМБЮРО

9 апреля 1945 года

Войска 3-го Белорусского фронта овладели сегодня крепостью и главным городом Восточной Пруссии Кёнигсбергом.

В боях за Кёнигсберг советские воины вписали еще одну славную страницу в историю героической борьбы Красной Армии с немецко-фашистскими захватчиками.

Кенигсберг — старинная первоклассная крепость. За последние годы противник модернизировал ее и до предела оснастил мощной боевой техникой. Многочисленные форты с крепостной артиллерией, сотни железобетонных дотов, связанных подземными ходами сообщения, бронеколпаки, противотанковые рвы и широко развитая сеть укреплений полевого типа прикрывали город со всех сторон.

Кенигсберг обороняла крупная группировка немецких войск, располагавшая большими запасами вооружения и боеприпасов.