Коул рассмеялся.

— Между прочим, мы слышали, как ты подходил к двери! Стареешь, Трэвис, становишься неуклюжим, — заметил он.

— Я намеренно не осторожничал — мне хотелось, чтобы вы меня услышали, — парировал Трэвис.

В кухню вошел Адам с ребенком на руках.

— Паркер хочет есть, — объявил он. Дуглас поднялся, взял малыша и пошел наверх. Труди поспешила следом.

— Дуглас! Дуглас… теперь тебе нельзя входить в комнату Изабель. Это неприлично.

— Труди, да он ее ребенка принимал! — крикнул ей муж. — Ничего страшного, если он увидит ее в ночной рубашке. Они прожили под одной крышей больше двух месяцев.

— Это было тогда, а теперь другое дело, — тоном, не терпящим возражений, ответила Труди. — Дуглас вынужден был принять ребенка, раз больше некому было это сделать, а сейчас все должно идти как полагается. Я отнесу младенца.

Она вытерла руки о фартук, прежде чем взять малыша. Дуглас не стал спорить, решив, что Изабель сейчас лучше не видеть его. Он и так причинил ей много боли…

Дуглас прислонился к стене, сложил на груди руки и уставился в пространство, пытаясь представить свою жизнь без Изабель и Паркера.

Харрисон прервал его мрачные мысли.

— Так ты принимал роды?

— Да.

— Садись и рассказывай, что это такое.

— Зачем? — вскинулся Адам.

— Я хочу подготовиться к появлению на свет моего сына или дочери. Я немного… э-э… нервничаю. Мне не нравится, что жене придется мучиться от боли.

Дуглас был рад отвлечься. Он сел верхом на стул, повернувшись лицом к Харрисону.

— Ты нервничаешь? А я думал, тебя ничего не берет.

Харрисон пожал плечами.

— Расскажи мне, что это такое.

Дуглас решил быть совершенно честным. Он наклонился вперед и прошептал:

— Сущий ад.

— Что он сказал? — переспросил Коул.

— Он сказал, что это сущий ад, — повторил Адам. — Перестань шутить, Дуглас, а то у Харрисона физиономия уже приняла серый оттенок.

Братья фыркнули. Дуглас подумал, что ничего смешного в его определении нет, напротив, оно очень точное. Но потом поправил себя:

— Нет, все не так ужасно. Сначала я, конечно, сильно испугался, а потом был слишком занят, чтобы думать, правильно ли я все делаю. Трудилась-то Изабель, а когда Паркер был у меня в руках…

Братья ждали.

Дуглас покачал головой. Он не хотел делить свои воспоминания ни с кем. Они принадлежат только ему и Изабель, и это единственное, что он может увезти с собой из Суит-Крйка.

— Харрисон, это было чудо. Так что перестань волноваться. К тому же тебе ничего не придется делать. Мама Роуз поможет с родами.

— Я собираюсь быть рядом с женой, — заявил Харрисон.

В кухню вошла Труди с кофейником и начала разливать кофе.

— Спасибо, — сказал Коул, беря свою чашку. — А вы знаете, чего я никак не могу понять?

— Чего? — спросил Адам.